— Пропустите! — распорядился я, догадываясь, кто эти юные посетительницы.
В кабинет вошли Наташа и Нина, поздоровались.
— Пришли поблагодарить вас, что навели порядок в «Первомайском» кафе. Теперь там и вкусно готовят, и не обсчитывают, — сказала Наташа. Она вынула из сумочки небольшой букетик цветов и протянула их мне со словами: — Поздравляем вас с Днем Советской Армии!
Впервые в жизни мне дарили цветы девушки. Я даже растерялся и не знал, что им ответить. А они тем временем, помахав мне рукой на прощание, выбежали из кабинета. В окно я увидел, как две тоненькие фигурки пересекли бульвар и направились к центру города. Может, ужинать?
Я поставил букетик в стакан, налил туда воды. И долго смотрел на него. А сердце наполнялось теплотой.
Проверив на двери сельмага замок, сторож Иван Сергеевич Драч завернул, как обычно, во двор, чтобы взглянуть на склад-сарай, где хранились всевозможные строительные материалы. Над селом Паволочь плыла тихая августовская ночь. По черному небу, рассыпая искры, пролетали метеориты. Иван Сергеевич любил наблюдать за ними, потом рассказывал внуку, что видел на падающей звезде то ли прекрасную бабочку, то ли крошечного человечка.
— Меньше меня, деда? — жадно переспрашивал внук.
— Даже меньше курицы, — смеялся дед.
Внук все рвался с дедом на дежурство к сельмагу, но накануне в село приезжал участковый уполномоченный из района и строго предупредил сторожа:
— Смотри, Сергеич, на дежурстве будь осторожен. В округе появилась банда. За неделю уже два ограбления совершили: одно в Васильевке, другое в Ревухе под Ружином. Ты хоть ружье-то заряжаешь?
Драч смутился:
— Когда как.
— Обязательно заряжай!
Эта ночь выдалась темной. В трех шагах ничего не было видно. Бандиты подберутся — не заметишь. И потому Драч идет не спеша. Сделает шаг и остановится, прислушается, уж потом делает второй. И все же не уследил их, проклятых. Умело подкрались сзади и оглушили по голове чем-то неимоверно тяжелым. Сознание выключилось. Сколько лежал так Иван Сергеевич — кто знает. Очнулся и услышал, как из магазина, тяжело кряхтя, выходили грабители. Один спросил другого:
— Ты как — сторожа уложил?
— Да живой. До утра оклемается…
Драч пошарил руками возле себя. Вот оно, ружье, рядом. Он взвел курок и направил дульный срез на бандитов. Ударил выстрел. Бандиты побежали, отстреливаясь из револьвера. Пули взвизгнули над головой сторожа. Тогда он взвел второй курок. И снова тишину разорвал ружейный гром. В доме напротив мигнул свет. Стукнула чья-то калитка. Кто-то встревоженно закричал:
— Дядя Ваня, что случилось?
Сторож с трудом встал, опираясь на ружье, негромко сказал:
— Бандиты.
Со всех сторон к магазину уже бежали люди. Засветились карманные фонарики (электричества в селе не было — шли первые послевоенные годы). Кто-то из мужчин увидел рядом с крыльцом человека, лежавшего в луже крови.
— Да ты, никак, убил его?
Действительно, бандит уже не дышал, сраженный метким выстрелом. Поднятый с постели, пришел секретарь сельсовета, он жил на другом конце села и по телефону вызвал милицию.
К рассвету из Вчерайшенского райотдела на место преступления прибыли несколько оперативников, а также работников областного управления. На крыльце сельмага валялись два брошенных мешка, битком набитые награбленными вещами. Благодаря смелым действиям сторожа бандитам не удалось их утащить. В кармане убитого нашли смятую записку такого содержания:
«Василь, сегодня встречаемся на прежнем месте. Дело есть…»
Кто такой был этот Василь? К счастью, один из оперативников Вчерайшенского райотдела опознал в убитом жителя села Пятигорки.
— Постой, постой, — стал припоминать его коллега. — Что-то и мне это село знакомо.
Сообща вспомнили, что уроженец Пятигорок Федор Черныщук был осужден за грабеж и убийства на 10 лет и два года тому назад сбежал из заключения.
…В конце 1945 — начале 1946 годов в селах Вчерайшенского и соседнего с ним Попельнянского районов была совершена целая серия дерзких ограблений. Бандиты ночью через разбитые окна врывались в дома и, угрожая оружием, отбирали у людей ценные вещи, деньги. Сопротивляющихся насилию — зверски избивали. Одна из жертв, жена фронтовика, скончалась по дороге в больницу.
Вдвоем с Ланисом — тогда еще старшим лейтенантом — мы прибыли из областного управления милиции во Вчерайше с заданием немедленно покончить с бандой. Местные оперативники, лишь недавно набранные из демобилизованных солдат, были смелыми, решительными, но опыта сыскной работы не имели. Помню, я беседовал с одним из них в маленьком кабинете райотдела.
— Вчера, — рассказывал оперативник, — ограбили учительницу начальных классов из села Васильевка. Я бросился за бандитами…
— Один?
— А что тут такого? — удивился оперативник. — На фронте и посложнее ситуации были.
— Ну и как?
— Догнал их у леса. Кричу: «Стой!», а они давай отстреливаться. Ушли, гады.
— С учительницей беседовали?
