Прикосновение зла полностью

– Просто помни, что я тебя люблю.

Персефона ощутила, как глубоко внутри ее пробуждается ужас. Она стояла напротив Аида посреди своей рощи. Дело было в том, как он смотрел на нее – словно лишился всей своей теплоты. На нем был короткий черный хитон, оставлявший открытыми его руки и бедра. Ее взгляд скользнул по его коже, по объемным мышцам. Но стоило лишь ей снова посмотреть ему в глаза, как боль сковала ей грудь. Он просто смотрел в ответ – равнодушно, – хотя обычно в такие моменты у него в глазах загоралось желание.

Когда он заговорил низким и непривычно грубым голосом, у нее по спине побежали мурашки.

– Я не хочу снова смотреть, как ты истекаешь кровью, – сказал он.

– Научи меня, – выдохнула она.

Она уже произносила эту просьбу в тот вечер, когда они познакомились – когда Персефона позвала Аида за свой столик, чтобы сыграть в карты. Тогда она не понимала, о чем на самом деле попросила, – да и сейчас не была до конца уверена, но разница была в том, что этот бог любил ее.

– Ты меня любишь, – прошептала она.

– Люблю.

Вот только его лицо этого совсем не выражало. Он выглядел свирепо, на щеках у него залегли глубокие тени. Потом воздух между ними изменился, став тяжелым и зараженным. Она уже чувствовала это прежде – в Лесу отчаяния, когда магия Аида поднялась, чтобы побороть ее собственную. Ее руки покрылись гусиной кожей, а сердце будто замерло в груди.

Потом вокруг наступила тишина.

Персефона не замечала шум вокруг, пока тот вдруг не прекратился. Она огляделась – их окружали серебристые деревья, над головами раскинулся темный навес из ветвей, – а потом вдруг заметила какое-то движение слева и справа от себя. Прежде чем она успела отреагировать, что-то темное пронеслось через нее, заставив ее задрожать, встряхнув ее душу. Ощущение было не особо болезненным, но у богини перехватило дыхание. Она упала на колени в приступе тошноты.

Какого черта.

– Тени-призраки – магия смерти и теней, – сухо произнес Аид. – Они пытаются вынуть из тебя душу.

Персефона пыталась отдышаться, подняв взгляд на Аида. Выражение его лица подняло в ней странную волну страха, и самым нервирующим в этом чувстве было то, что она никогда прежде его не боялась.

– Ты… пытаешься меня убить?

Холодный смех Аида пронзил ее до костей.

– Тени-призраки не могут забрать у тебя душу, если нить твоей судьбы не перерезана, но они могут жестоко тебя мучить.

Персефона сглотнула, все еще чувствуя в горле кислый привкус, и поднялась, хоть у нее по-прежнему дрожали ноги.

– Если бы ты боролась с любым другим олимпийцем – любым врагом, – он бы ни за что не позволил тебе встать.

– Как мне бороться, если я не знаю, какую силу ты против меня используешь?

– А ты никогда и не будешь знать.

Она на мгновение уставилась на него, а потом вдруг что-то вырвалось из-под земли у нее под ногами – черная когтистая рука. Она схватила богиню за лодыжку и дернула. Персефона полетела лицом вниз, когда рука потащила ее в яму, из которой появилась. Богиня вытянула руки, чтобы смягчить падение, и почувствовала резкую боль в запястье, когда приземлилась.

– Аид! – завопила Персефона, цепляясь за землю, чтобы удержаться. Сердце у нее в груди билось в бешеном ритме от страха и адреналина. Она перекатилась и села так быстро, как это было возможно, и потянулась руками к странной лапе, что оплела ее лодыжку подобно лозе. Но стоило лишь богине попытаться ее разжать, как из лапы пробились острые шипы, пронзив ее кожу.

Персефона дернулась назад, зарычала, а потом вызвала из собственной кожи огромный шип и воткнула его в тварь, что вцепилась в нее. Из той засочилась черная кровь, она отпустила богиню и скрылась под землей. Но прежде чем Персефона успела повернуться, еще одна тень пронеслась через нее. На этот раз богиня выгнулась, закричав, и упала на землю. Лежа посреди рощи, она пыталась отдышаться, глаза словно затянуло пеленой.

– Уже лучше, – услышала она голос Аида. – Но ты подставила мне спину.

Он навис над ней, настоящий бог мертвых, затемняя ее зрение.

Ей было ненавистно чувствовать его врагом. Она отвернула голову, чтобы он не увидел слезы, навернувшиеся у нее на глазах, и сжала ладони в кулаки. Из-под земли пробились колючие стебли, но Аид исчез прежде, чем они успели его оплести. Персефона перекатилась на четвереньки и увидела его на противоположной стороне поляны.

– Твоя рука выдала твои намерения. Призывай магию разумом – без движений.

– Мне казалось, ты сказал, что будешь меня учить, – ее голос дрогнул.

– Я и учу, – ответил он. – Именно так все и будет, если ты встретишься с богом в бою. Ты должна быть готова к чему угодно. Ко всему.