– О, а что это вы кричите? Это очередной ваш «неодолимый» рычаг воздействия? Видите ли, офицер Зенха, я хорошо знакома с устройством Имперских вооруженных сил. Я изучила все проекты кораблей, видела в том числе и секретные доклады, предназначенные только для глаз Императора. Столетия назад мой прапрадед Хорук IV сам столкнулся с мятежом, когда командиры высшего эшелона попытались его свергнуть. Этот бунт провалился, как провалится и ваш. После того прискорбного инцидента Хорук ввел безотказный алгоритм в систему управления двигателями и реакторами каждого имперского корабля. После стольких лет спокойствия это почти забыто – я практически уверена, что даже мой отец об этом не подозревает, – но любой представитель высшей имперской власти, например я, может выбрать любой мятежный корабль и включить на нем систему самоуничтожения. Как вы уже видели.
– Еще десять целей отмечено, ваше высочество, – доложил Кефка. – Команда на самоуничтожение успешно отправлена.
– Прекрасно. – Уэнсиция вновь повернулась к Зенхе на экране. Позади него она видела продолжающуюся суматоху на мостике. – Если вы сомневаетесь в моих словах, отец-командир, то довольно скоро увидите больше доказательств. Сколько еще кораблей и экипажей вы готовы потерять?
Зенха побледнел, когда до него дошло сказанное:
– Оружие нашего флота нацелено на дворец и окрестности столицы! Прекратите свои действия, или я открою огонь!
Уэнсиция парировала:
– Команда на самоуничтожение уже загружена в наши передатчики. Да, если вы откроете огонь по дворцу, вы действительно нанесете огромный ущерб и, вероятно, убьете меня, – но через несколько минут весь ваш флот будет уничтожен, включая ваш флагман. Как только сигнал отправляется, его нельзя отменить, и от него никак не спрятаться.
Она слышала, что крики на флагмане мятежников достигли апогея – сейчас люди Зенхи определили еще десять обреченных кораблей и могли только наблюдать, как алгоритм самоуничтожения исполняет свои неотвратимые последовательности.
– Вы ничего не можете сделать! – Принцесса мило улыбнулась Зенхе. – Как видите, мы в патовой ситуации. Откровенно говоря, ваше бахвальство мне наскучило. – Она дала ему время это переварить. – Я предлагаю совместно поискать другое решение. Взаимное уничтожение – это слишком банально.
У нее уже были определенные задумки на этот счет.
Зенха прервал передачу, и экран связи погас.
Несмотря на всю нелепость и смехотворность планов юных заговорщиков, Ирулан считала, что отец относится к этому недостаточно серьезно. Пускай конкретно этот заговор никогда не увенчался бы успехом – угроза существовала, как показали прежние многочисленные попытки убийства. И даже тогда он согласился отправиться на Арракис лишь под давлением, все равно не веря, что ему грозит опасность.
Учитывая, как мало им известно о восстании Моко Зенхи и о масштабах его поддержки, Ирулан опасалась, что мятежный офицер может представлять собой вполне реальную угрозу даже здесь, на пустынной планете. Он уже внедрил нескольких отчаянных убийц в Императорский дворец; разве не мог он задумать сделать то же самое на Арракисе?
Однако Шаддам ничего не желал слушать и улетел вместе с графом Фенрингом и бароном, уверенный, что для его защиты приняты все меры.
Он и его свита только что вернулись с приемов в Карфаге и экскурсий по месторождениям. Император с удовольствием продолжал поддерживать «легенду» о большом путешествии.
Конечно, Ирулан понимала, что резиденция представляет собой почти крепость, и потребовалась бы армия сардаукаров, чтобы прорваться через уровни охраны. Принцессу тревожило, что одна из арестованных молодых фрименок работала непосредственно в здании. Вещающая Истину тщательно допросила оставшийся персонал, и всех подозрительных заменили. Охрану усилили вдвое, и Император уверял, что этого вполне хватит для его безопасности.
Шаддам озадаченно нахмурился, когда Ирулан сообщила ему о своем решении помиловать заключенных; хотя он этого не одобрял, но привык потакать желаниям старшей дочери. Граф Фенринг отреагировал на эту новость кислым выражением лица, но спорить с принцессой не стал.
