Они отошли в другой конец комнаты, подальше от сотрудника Гильдии. Фенринг и Шаддам внимательно слушали, пока принцесса шептала некоторые предложения, которые пришли ей в голову. Затем взглянули на нее с удивлением, но принцесса продолжала настаивать на своем:
– Да, это будет больно, отец, но мы должны разобраться с этим немедленно!
Задумчивый взгляд Шаддама, подсчитывающего что-то в уме, сменился возмущенно-гневным. Он вскинул глаза и повысил голос, желая теперь, чтобы его слышал представитель Гильдии:
– Передайте на самые высокие уровни вашей иерархии: в обмен на ваше сотрудничество и помощь в скорейшем разрешении этой неприятной ситуации я пересмотрю тарифы в пользу Гильдии. Сейчас, более чем когда-либо, Империя должна быть едина!
Представитель Гильдии поклонился и отступил:
– С вашего позволения, я вернусь с ответом так скоро, как только получу решение своего начальства.
Когда посланник удалился, Колона остался у порога, вытянувшись по стойке смирно и ожидая дальнейших распоряжений.
Император сердито бросил:
– Мы не можем просто ждать здесь, пока Гильдия решит, помогать нам или нет! – Он свирепо посмотрел на командира сардаукаров. – Мы должны послать большое войско на Кайтэйн и разобраться с предателями, пока они не разрушили мой дворец.
Ирулан ощутила волну тревоги:
– И нужно защитить сестру!
– Возможно, он просто блефует, – раздался от двери сухой скрипучий голос. Преподобная мать Мохайем проскользнула мимо стражников-сардаукаров и направилась к Императору. Ее седые волосы растрепались, словно она спешила сюда бегом через двор. Она вся так и кипела энергией – редкое для нее состояние. – Я принесла интересные новости, сир. Мне только что доставили информацию от разведывательных источников Сестринства, и я уполномочена поделиться ею с вами. Согласно устному донесению, у генерала Зенхи есть ахиллесова пята.
Ирулан вскинула брови. Это звучало необычно.
Император явно заинтересовался:
– Вы имеете в виду, помимо того, что он глуп и порывист?
Темные глаза Мохайем сверкнули:
– Сестры провели глубокий анализ его послужного списка и его личности. Мы считаем, что он не хочет войти в историю как человек, который опустошил столичную планету – как случилось с Салуза Секундус давным-давно. По нашим оценкам, он сделает все, чтобы избежать разрушительной битвы на Кайтэйне.
Мысли Ирулан понеслись вскачь:
– Я склонна с этим согласиться – источники Сестринства очень надежны.
Мохайем продолжала:
– Зенха хочет просто избавиться от вас, сир, – вместе со структурой военного командования. Он презирает имперскую систему, которая полагается на кумовство, а не на заслуженное продвижение в званиях. Он считает себя героем и патриотом.
– Странно, – буркнул Шаддам. – Предатель считает себя героем!
Фенринг поджал губы:
– Ээээ, будьте предельно осторожны, сир! Что, если эта демонстративная осада предназначена для того, чтобы заманить вас обратно на Кайтэйн? Мы уже знаем, что этот человек хитер.
– Граф Фенринг прав, – кивнула Ирулан. – Отец, ты должен оставаться здесь под абсолютной защитой. Зенхе только и нужно поставить тебя в уязвимое положение. Там он найдет способ захватить тебя, публично унизить и казнить.
Фенринг добавил:
– А после этого он заставит Ирулан выйти за него замуж и тем самым закрепит свои притязания на трон.
Шаддама едва не стошнило, когда он представил себе подобное.
– У меня в голове не укладывается, что такой человек может жениться на моей дочери. Именно это его глупое и необдуманное требование в первую очередь и спровоцировало весь этот бардак. – Император прошелся по комнате, затем остановился и повернулся лицом к остальным, скрестив руки на груди: – Хорошо, я останусь здесь, раз вы настаиваете, но отправлю туда майора-баши Колону и сардаукаров. Они атакуют подавляющими силами и уничтожат этих ублюдков – точно так же, как они разобрались с выскочками на Отаке.
– Ээээ, хммм, сир. Весь Отак после этого лежал в руинах. Кайтэйн слишком прекрасен…
– И Уэнсиция может погибнуть в хаосе битвы, – вставила Ирулан.
– У меня пять дочерей, – холодно отмахнулся Шаддам. – А Уэнсиция втянула нас в эту ситуацию, не организовав оборону столицы должным образом.
По спине Ирулан пробежали мурашки.
– Но она не расходный материал, отец! Мы должны защитить ее! Вспомни, Уэнсиция решила остаться на Кайтэйне и проявить себя. Она могла бы сбежать на безопасный Уаллах IX с другими сестрами!
– До сих пор мы могли выдавать это за большое императорское турне, – горько проворчал Шаддам.
Пока Мохайем молча наблюдала, Ирулан успела предложить другую идею:
– Я согласна, что следует отправить основную часть наших сил обратно на Кайтэйн и вернуть дворец. Но нужно внести в план небольшие изменения. – Она пристально посмотрела на отца. – Я полечу с ними.
Прежде чем Шаддам сердито отвергнет эту идею, она напомнила:
