Известно, что они не воинственны. Вовсе не из миролюбия, а из нежелания рисковать своей жизнью и развитого индивидуализма, благодаря которому никто из них не собирается вступать в какую-нибудь там армию.
Рабами они торговали редко. Брезговали. Хотя встречались среди них и представители этого рода деятельности. Как и пираты или убийцы. Осуждению их на родине не подвергали.
Аркания находилась в сложных отношениях с Республикой. Официально, будучи её частью, она имела весьма широкую автономию и Республика не вмешивалась в её дела. Это имело свою цену - от них ожидали уважения к другим видам и их представлениям об этичном в науке. К примеру, требовали придерживаться всеобщего отношения к искусственным интеллектам. Работало это из рук вон плохо.
За пределами своей родины Аркании её сыны и дочери имели крайне дурную репутацию, поскольку проявлять оное уважение к чужакам и их мирам они не собирались. Нацисты бы одобрили подобный подход к унтерменшам. Неудивительно, что Кейн сам, будучи ксенофобом, терпеть их на дух не мог.
– Никто не хочет общаться с арканианцами, – сказала Нейла, – ровно до тех пор, пока не возникнет необходимость получить самое лучшее медицинское обслуживание в Галактике, решить какую-нибудь уникальную генетическую проблему или сделать эксклюзивную биомеханическую модификацию.
– Я прошиваться не намерен, – скривился Кейн. – Набивать свое тело электроникой – для неудачников и корпоративных рабов.
Я оглянулся на «прошитого» полностью Ивендо. Хотя нейронных конструкций и биочипов с обратными связями он и не имел, по одному из критериев – невозможности продолжать свою жизнедеятельность без работы киберимплантов – его можно было считать киборгом. Но он не обладал ещё одной сигнальной системой, как настоящие киборги согласно здешним уложениям. Обратной связью с мозгом и сверхпроводящими или оптотронными каналами ввода информации, а не только её вывода, он оснащён не был. Его имплантаты заменяли функции живых органов, и лишь в малой степени дополняли их.
– Учитывая, сколько такая роскошь стоит, это удивительно обеспеченные неудачники, – не согласился я.
– Тот, кто больше общается с офисным и промышленном оборудованием, чем с людьми, как бы он ни был зажиточен – неудачник, – уверенно сказал Кейн.
Ивендо опять злорадно улыбнулся, подмигнув мне.
– Я бы с тобой не согласился, – сказал я.
– Сам посуди: за исключением одностороннего интерфейса, который просто удобен, хотя уже он мешает нормальному, живому, общению, всё остальное – это извращение для привыкших заменять реальную жизнь цифровыми суррогатами. Но этого недостаточно, надо воткнуть в голову ещё больше оптоволокна с биочипами. И получать сигналы как дроид. Без настоящего общения, поддержки человек деградирует, становится безразличным ко всему, бесчувственным болваном. А мужики начинают вести себя, как бабы, потому что настоящей-то жизни и не видели никогда.
– Угу, – кивнул я. – Развития маскулинных признаков не происходит. Никому не нужно ничего «доказывать». А дешевые суррогаты также вызывают чувство удовлетворения, как и всё то, чего надо с большим трудом добиваться. И что?
– А то, что…
– Хватит спорить, – остановила нас Нейла.
– Да, точно, – сказал за ней Травер. – Если мы желаем получить эту информацию, мы должны вступить в переговоры с этим арканианцем. И должны решить, хотим мы это или нет, заранее, поскольку арканианцы параноидальны и ему может понадобиться время для того, чтобы решить, говорить с нами об этом, или нет. И где ему это делать. И на то, чтобы решить такой вопрос, они могут потратить намного больше времени, чем на сами переговоры. Которые могут и не состояться.
– Тогда решать что-то рано. Я не смогу ничего сказать о безопасности полета по такой неточной лоции, пока её не увижу саму, – решил я.
– Тогда надо лететь за картой, – сказал Травер.
– Поговорим с арканианцем, а там посмотрим, – согласилась Нейла. – От простого разговора никому ещё хуже не становилось.
– Без меня. В смысле, я с ним общаться не буду, – сказал Кейн. – Но если это так нужно, придется лететь.
– Как хочешь. А ты, Ивендо? – оторвал от своего сомнительного, хотя и привычного занятия пилота капитан.
– Лично я готов рискнуть своим благополучием ради развлечения. Да и вашим тоже, – ответил потревоженный лейтенант.
– Решено, летим к арканианцу, – заключил капитан. – Остальные правила нашего контракта, доли от прибыли и общие расходы остаются теми же? Всё согласно старому контракту?
– Меня устраивает, – пожал я плечами. Остальные тоже согласились с этими условиями.
– Хм… ты так и не сказал, кто он и где его искать, – заметил я.
– Если Травер о чем-то «забыл» – это нечто неприятное, – сказал Кейн. – Ты мог бы говорить и больше о своих и наших планах.
– У него особняк на Нар-Шаддаа, – заявил капитан.
– Гостеприимное местечко, – усмехнулся я.
– Только если мы найдем приличное место для того чтобы оставить судно и где заночевать, – сказала Нейла.
– Я уже забронировал охраняемый док. Разумеется, анонимно, – обезоруживающе улыбнулся Травер. – Ну что, летим на Шаддаа?
