Я мог уже предполагать об их конечной точке и также о первой точке коррекции, где они должны были выйти в реальное пространство. Несколько следующих прыжков я совершал со все возраставшими интервалами времени. Атомные часы давно уже показали, что прошли сутки. А вздремнуть получилось всего пару часов, но я чувствовал себя лишь слегка сонным – работа таблетки «от Ивендо».
Зевнув, я нажал на боевую тревогу, уже злорадно представляя, как команда подскакивает со своих мест, проклиная навигатора. Но вместо этого я услышал лишь заспанный голос Травера, отключившего тревогу со своего личного пульта управления кораблём. Он и спал с ним.
– И что тебе нужно? До выхода из гипера почти час.
– Не час, а сорок минут. И разве мы не должны разработать схему перехвата? Протестировать всё оружие на готовность? – спросил я его.
– Всё в порядке. Зачем кипишишься? А перехват – так у них мусорный контейнер, волноваться не о чем.
– Как хочешь. Но ты сам создаешь себе проблемы.
– Скорее ты перестраховываешься там, где это не нужно, – как всегда уверенно сказал капитан.
Я хотел было настоять на своей позиции, но решил, что пусть капитан сам разгребает дерьмо, если что-то пойдет не по плану. Которого нет. И мне все больше не нравится то место, куда нас несёт по координатам судьбы.
Первым в кокпит, где уже в одном из кресел второго ряда сидел я, прибыл Ивендо – чтобы изучать вероятные координаты и вектора, конструкцию судна противника и, исходя из этого разрабатывать предполагаемую тактику. Хоть кого-то волнует успех перехвата.
Я занялся тем же делом, что и Ивендо – долгая работа на тактическом тренажере показала мне, что оптимизация траекторий с учетом сотни-другой факторов, вроде вероятности выхода из строя основных систем – движков, энергии, щитов или поражения экипажа – это весьма увлекательное занятие. А также с учётом состава вооружения, маневренности огня и множества иных величин. И здесь тоже могла помочь Сила. Написав алгоритм, приоритетные точки обстрела цели и оптимальную дальность ведения огня, я сравнил промежуточный результат с полученным лейтенантом... Сила подсказывала мне, что, несмотря на неё саму, у Ивендо пока получалось лучше.
Он уже почти рассчитал, как эффективнее разнести корабль противника в стальное крошево, как капитан разом расстроил ему все планы. Воистину нет зла большего, чем технический заказчик с фантазией и излишней активностью!
– Мы не должны сломать этот контейнер, – сказал кэп. – Поэтому нужно подумать, где он может находиться, и не стрелять в эту часть корабля.
– В идеале для этого мы не должны по ним стрелять вообще... Давай попытайся с ними договориться ещё раз. У тебя же талант к дипломатии, – предложил ему Ивендо.
– Мы могли бы использовать ионную пушку, – предложил капитан. – Сначала собьём им щит, а потом, пользуясь превосходством в манёвре, с короткой дистанции сожжем им всю электронику.
– У нас есть ионная пушка? – удивился я. А ведь я скоро разучусь это делать. – Но её нет в списке вооружений! Неужели та хреновина около правой стойки всё же имеет какое-то назначение?
– Это потому, что её наличие вызывает лишние вопросы. Найди в списке «аварийный режим плазменной турели номер два».
– Нашёл, – подтвердил я.
– Это она, – сказал капитан.
– Кажется, что у нас на корабле есть все необходимое, – сказал я. – Кроме джакузи… и аварийной капсулы.
– Зачем она пиратам? – развел руками пилот.
– Позволь с тобой не согласиться. Мы не пираты, – сказал я. Капитан тоже кивнул, поддержав меня.
– Мало того, что некогда «Цвет Рилота» был разбойничьим судном, так мы и сами сейчас собираемся поднять чёрный флаг. Преследование корабля с целью отъёма груза никак иначе как пиратством не назовешь, – осклабился металлокерамикой лейтенант. Я поражался в такие моменты, что он ещё был способен связно излагать мысли. Мозг его, пропитанный чужеродной химией почти как тот у Аболлы в баночке, каким-то чудом продолжал неплохо функционировать.
– И все равно мне это не нравится, – сказал я.
Хотя я и мог называть себя пиратом – в самом античном смысле слова.
– И какое отношение твое личное отношение имеет к истине? Кто как не ты злишься, когда жонглируют словами, искажая истину, – хмыкнул Ивендо.
– Уел, – ответил я. – Непосредственно сейчас мы собираемся совершить акт пиратства. Согласно распространённым понятиям о пиратстве и юридическим нормам, не учитывающим мотив данного проступка.
– А твои нормы, значит, отличаются от общепринятых? – спросил меня Лейтенант вкрадчиво.
– Мои нормы запрещают мне навязывать им своё мнение силой. Лгать, если от этого не зависит моя жизнь и жизни ценных для меня людей. Потворствовать созданию и поддержанию иллюзий и самообмана. Но ничего не мешает мне убить их всех при малейшем на то желании.
– Совсем ничего? – спросил меня Кейн, зашедший в кокпит. За ним сонливо потягиваясь подошла Нейла. Я глянул на таймер – осталось десять минут.
– Только карающая длань закона. Если у неё получится, – ответил я.
