– С Большого взрыва? Или с краёв нашей расползающейся голограммы?
– Нет, для тебя – с Коррибана. Помнишь условия, по которым я взял тебя на борт?
– Разумеется. Тебе был нужен штурман, хотя, думается мне, ты взял бы любого, способного поднять и удержать в руках оружие.
– Мог бы, но я не беру людей в команду просто так.
– Неужели? – я насмешливо выгнул бровь.
– Тебе так кажется. Что ты вообще знаешь обо мне? – обнажил свои акульи зубы капитан.
– За исключением того, что ты рассказал о себе сам – почти ничего, – ответил я правдиво. – Всё остальное – словно в тумане. Я не смог узнать ни то, где ты странствовал, ни то, с кем путешествовал до того, как мы встретились. Ничего о делах, которые ты вёл. Удивительно мало для столь долгой биографии – ты прямо-таки твилек-загадка… Годы пустоты – и очень много пробоин в твоём корабле.
– Скажи мне, за этот год мы сделали хоть что-то, что должно было привлечь к нам ненужное внимание? – насмешливо спросил капитан.
– Ты ещё спрашиваешь!?
– А если подумать? Я говорю про большинство наших дел, а не про тот «зеркальный» инцидент и то, что к нему подвело. Или Индар…
– А то дело, на Корусанте? Разве мы не взорвали того бандита с его «солдатами»?
– Ты взорвал! – воскликнул капитан – Но я ожидал подобного. Ты уничтожил всех до последнего свидетелей, видевших меня в лицо. Это стоило допустимого риска.
– Всех – кроме ледоруба, – заметил я. – Разве бандиты не знали твоего имени или названия корабля?
Помнится... я прибыл тогда в последний момент и не успел на переговоры. Поэтому не мог судить о действиях капитана в полной мере. А потом ещё и получил отповедь об опасной неосмотрительности такого поведения…
– Я пользуюсь именем только тогда, когда его могут узнать и без моего на то желания. Зато выглядит это как вежливость. Но то был другой случай.
– Ладно, но та планета с дикарями? Но ты прав – впрочем, мы и не нарушали там законов… – сказал я сам.
– В том-то и дело. Кроме того, в деле участвовало мало народа.
– А Индар? Ты всё же согласился на предельный риск, и как оказалось, наша конфиденциальность была скомпрометирована.
– Трудно скрыть подобное… – он взмахнул руками. – Но нужно ли? Раз нас сдали, надо пользоваться своей славой. Но уже иначе, ведь «известность» для контрабандиста – синоним завершения карьеры. Так пусть я буду известен, как спаситель голодающих, бла-агородный твилек, чем как-то иначе. Вдобавок, я понял, что скоро закончу это занятие, как только ты начал чудить.
– Если ты так осторожен, то почему потакал моему безрассудному поведению? – удивился я.
– Рациональное, как это кому-то кажется, зачастую иррационально, лишенное же смысла – осмысленно, даже если это никому не известно, – ответил Травер.
– На что ты рассчитывал?
– На Удачу, естественно! – поразился моему тугодумию твилек.
– И это ты называешь рациональным? Или скрытым рациональным? – поразился я.
– Совершенно верно. Я же говорил тебе, что она существует! Да и сам ты постоянно щупаешь её за мягкие места. Кому, как не тебе это известно.
– Но, как оказалось, и у Удачи есть свои пределы, – заметил я.
– К сожалению, это так. Потому мы должны решить, что делать дальше.
– Только мы двое? – переспросил я. – Пусть это логично, но что насчет Кейна?
– Он решил обмануть нас, – патетично сказал Травер. Учитывая, что мне было известно реальное состояние дел, я едва не расхохотался.
– Неужели? – злорадно усмехнулся я. – Может, он решил обмануть тебя?
– Он не хочет участвовать ни в каких новых начинаниях.
– И почему я не удивлён? – протянул я.
– Но наш…
– Твой, – перебил я его, – твой корабль.
– Ладно, мой корабль повреждён. И со всех членов экипажа должна быть внесена пропорционально долям от прибыли сумма на его ремонт.
– Неужели, Кейн решил сэкономить?
– Мы разошлись в величине суммы. Он настаивал на том, что сначала должен быть проведен полноценный ремонт, или оценена остаточная стоимость корабля, если я вздумаю его продать – и только тогда он отдаст свою часть денег. Но не раньше, – кисло сказал капитан.
– Только к тому моменту он попросту исчезнет за радиогоризонтом, – кивнул я.
– Зачем ему ждать, когда «Шлюху» починят? – сказал Травер. – Он уже давно хотел уйти в свободный полёт. Сейчас и повод подвернулся.
– Хочешь, чтобы я надавил на него, – весело сказал я, понимая, куда он в действительности клонит. – Не уверен, что у меня это выйдет…
– Нет, я не собираюсь убеждать его, – жестко сказал капитан, – ведь всегда можно заплатить профессионалам.
– Мне надоело слушать эти смешные обоснования, Травер, – вздохнул я. – Говори прямо. Ты имеешь что-то против Кейна и хочешь, чтобы я не вмешивался в это дело? Заметь, я сейчас совместно с тобой достиг удивительных высот лицемерия.
– Вероятно, мы друг друга поняли, – кивнул капитан. – Но, теперь надо решить насчёт тебя. Ты и шагу с борта не сделаешь, пока не внесешь взнос на ремонт пропорционально своей доле, – сказал капитан, – семь миллионов кредитов.
