К вечеру в кабинете стало заметно просторнее.
– Но правда ли они нам больше не понадобится? – с сомнением спросил Кел, закинув подшивку газет за прошлый год на шаткую конструкцию из папок.
– Мы узнали все, что требуется. Больше нет смысла держать все это здесь.
Магистр что-то недоговаривал. Он что-то знал или подозревал о чем-то, но не спешил делиться этим с нами.
О том, что идея магистра не так уж хороша, я запоздало подумала уже подходя к дому четы альсов.
Куда безопаснее было бы воспользоваться помощью командора. Чтобы городская стража тихо арестовала всех по подозрению в измене короне – за такое ловили довольно часто, держали пару дней в камере, а после отпускали, получив письменное извинение арестованного и надолго отбив у него желание нелестно высказываться о правителе. Поэтому, такое никого бы не удивило, а магистр смог бы спокойно допросить этих альсов в управлении.
И были у меня подозрения, что магистр рассматривал такой вариант, но отказался от него почти мгновенно. После того как командор избавился от внушения, магистр старался избегать его помощи. Он не мог доверять человеку, которого не контролировал, и который так открыто проявлял к нему агрессию и неприязнь.
Йен, вероятно, был такого же мнения. Какие бы чувства он не испытывал ко мне, особенно теплых чувств к людям у него не было.
К тому же, всегда существовала угроза, что в домах альсов стража найдет то, чего им видеть и знать не следовало бы.
Кел же просто привык выполнять приказы и не видел ничего плохого в том, чтобы самостоятельно разобраться с проблемой.
– Расслабься, моя дорогая, я сделаю все быстро и чисто.
– Как с Винслоу? – спросила я. – Помнится, мне его пришлось ловить…
– Будем считать это была проверка твоих способностей, – невозмутимо ответил магистр. – Стучи.
В теплом свете уличных фонарей, с этими милыми, цветастыми занавесками, дом альсов выглядел как милое и уютное место. В нем не было ничего опасного, но я все равно нервничала. Хотя причин для этого как будто не было.
В доме жила немолодая пара, которую никто и никогда не заподозрил бы в чем-то противозаконном. Полнокровная и невысокая женщина, с седой и толстой косой, и высокий, худой мужчина с аккуратной бородкой. Если бы утром, при виде их, малышка не вцепилась в мою ладонь, больно царапая ногтями, я бы их и не заподозрила. Они казались очень приятными людьми.
Более внимательный Кел тогда отметил, что женщина стояла с трудом, будто у нее больные ноги, а мужчина был болезненно тощим и не выглядел как альс, умеющий драться. И если бы не Аманда, выходившая утром из этого дома, я бы поверила, что эту пару в столицу прислали с какой-нибудь неопасной целью, как это было с Винслоу или Ванессой.
Собравшись с духом, я взялась за дверной молоточек. Температура после заката сильно понизилась и холодный металл примерзал к влажным от волнения пальцами.
Магистр ободряюще кивнул, когда я все же постучала.
– Полно, моя дорогая, нет причин так сильно нервничать. Ведь я с тобой.
– Нужно ли говорить, что это лишний повод переживать? – проворчала я, краем глаза заметив, как дернулась занавеска на окне слева. Там не горел свет и тот, кто выглянул ненадолго в окно, вероятно, рассчитывал, что мы ничего не заметим. Но мы заметили.
И я, и хмыкнувший магистр, оценивший осторожность альсов.
Через некоторое время, когда я уже подумывала, что стоит постучать еще раз, за дверью послышалась возня. Щелкнул замок. Вероятно, альсы решили, что прилично одетая девушка и мужчина средних лет, в дорогом пальто, выглядят совсем не подозрительно.
Открыл нам хозяин дома. Высокий и нескладный. Расшитый, домашний халат висел на нем, как на вешалке. Его звали Винс – распространенное имя на западе империи. Ничего необычного и интересного. Скучное имя, скучная внешность. Он был настолько непримечательным, что это почти казалось подозрительным.
– Вы снова ошиблись домом… – заговорил Винс. Он меня узнал, что, вероятно, было не удивительно, но не подозревал ни в чем.
Магистр коснулся руки Винса раньше, чем тот договорит, и велел:
– Не сдерживайте свое желание впустить нас в дом.
Альс дрогнул и отступил в сторону, пропуская нас в прихожую.
Обстановка внутри оказалась ровно такой, какую и представляют люди, говоря о пожилой супружеской паре. В маленькой прихожей на стенах висели картины с цветочными натюрмортами, большие и старые часы, висевшие над проемом, ведущим в коридор, размеренно тикали в наступившей тишине. По всему дому разносились запахи еды.
Рот против воли наполнился слюной.
Магистр ничего этого не замечал. Прислушавшись к тишине дома, он велел:
– Позови жену.
И мужчина подчинился.
Пока его супруга, мистрис Эдна, неторопливо ступала к нам, на своих больных ногах, магистр снял пальто, небрежно забросив его на напольную, деревянную вешалку, стоявшую за дверь. Помедлив, он потянулся ко мне:
– Позволишь помочь, или продолжишь меня сторониться?
– Здоровая осторожность еще никому не навредила. – заметила я, воюя с пуговицами пальто.
Магистр устало вздохнул.