– А у меня как раз очередное выступление под куполом намечается! Конечно, я попридержу его для тебя, но не заставляй творца уж слишком долго томиться без дела!
– Приготовлю тебе огромный торт, ты ведь так любишь сладкое! И не отстану, пока весь не съешь, так что смотри у меня там, готовься!
– А если, а если не получится, то я тебе определённо помогу, братик!
– Эм, у меня, наверное, не найдется чего-нибудь такого же сказать, но без тебя мне точно будет грустно, а потому возвращайся по скорее! Даже такая как я смогла выбраться оттуда через месяц! Ты уж точно через неделю сбежишь!
– И чего вы так на меня все смотрите? Ладно, пацан, ты вроде серьёзным казаться пытаешься, верно? Так и знай вот что: серьёзные пацаны слов на ветер не бросают!
Гордыня еле сдерживал слёзы, когда слышал столь приятные слова в свою сторону, но так и не проронил ни одну.
Ну, держался он недолго, а потому уже по пути в лабораторию таки дал волю чувствам, чем серьёзно напугал сопровождающих, что пришли его забрать. Однако все быстро улеглось, стоило им только добраться до входа:
– Ого, как приятно тебя видеть, дорогой Гордыня! – находясь в прекрасном настроении сам Адам вышел встретить его – Я рад, что мы с тобой, наконец, сможем серьёзно поработать! А то те тесты и испытания раньше были полной чепухой, так у вас принято говорить? Звучит явно как-то странно, но вы дети, да еще и без надлежащего образования, чего с вас взять? Вообще удивляюсь, как вы…, ах, да, немного отвлёкся! Чего стоишь такой хмурый? Проходи, не стесняйся, с этого дня все эти дяди и тёти в белых халатах и масках будут тебе как родные! Хотя с таким внешним видом у них же нет и капли индивидуальности, как тогда отличать одного друга от другого? Ха, ха!
Гордыне пришлось еще долго выслушивать весь этот бред, что так и лился из всё никак не затыкающегося рта Адама, пока они добирались до его новых «покоев». За это время ему впервые детально удалось рассмотреть этого человека, хотя, на самом деле, его внешний вид совершенно не согласовался с его вызывающим и раздражающим поведением. Это был обычный мужчина среднего роста в очках и белом медицинском халате. Разве что его коричневые волосы были похожи на не прополотый куст.
– Ты погляди, как мы ради тебя тут раскошелились! И кровать огромная и мягкая, и собственный стол, и шкаф, и набор детских игрушек! И ещё много всякого барахла, ой, то есть добра! Вы же дети такое любите, да? – последний свой вопрос Адам произнес с уже давно знакомым Гордыне выражением абсолютного безразличия, что было так присуще такой, на удивление, шумной фигуре – Слушай, слушай, если ты так ничего и не скажешь, то дело у нас явно не пойдет. Тебе же братишки с сестрёнками всё уже должны были рассказать, они ведь такие добрые и заботливые!
Но, как бы не пытался, Гордыня хоть силой из себя что-то выдавить, но одного взгляда на Адама хватало, чтобы он вновь сглатывал слова и сидел, молча глядя куда-то в сторону.
– Ладно, может, ты пока еще не привык и не готов окончательно смириться с ситуацией. Тогда я приду завтра. Но учти одно: я делаю это все исключительно ради вас. И не то чтобы я жду, что вы сделаете что-то взамен. Не сейчас, может быть, потом, когда подрастете и всё поймете. А пока, давай просто попытаемся помочь друг другу выбраться из этой неловкой ситуации, хорошо? А то ты совсем на себя не похож, Гордыня.
Окончив свою громадную речь, Адам лишь недовольно хмыкнул и вышел, оставив Гордыню одного в его новой комнате, что была слишком громадна для одного человека. Да в ней вообще всё было громадным, будто предназначено было скорее для взрослого. Выбранный дизайн, совмещавший в себе фиолетовый и черный цвета, также казался уж слишком мрачным и серьёзным для детского помещения. Это больше походило на хоромы короля или гиганта. Или короля гигантов! Хотя Гордыня от Зависти слышал, что их страной правит Император, но сейчас у него с этим какие-то проблемы. Эх, Зависть же, вообще много чего рассказывал, только вот говорил всегда загадками: магический огонь, большие потрясения. Тяжело было понять старшего, но, казалось, что он и сам не хотел, чтобы его понимали. Что для Гордыни было в диковинку: если уж хочешь что-то заявить, то делай это открыто! Но, видимо, в том была какая-то очередная мудрость, как Зависть любил заявлять по поводу подобного.
Долго мучаясь на гигантской кровати в попытках заснуть, Гордыня с трудом мог поверить, что его разлучили с семьей всего на день. Он уже чувствовал невероятную тоску, хотя и обещал быть сильным! Черт, просто этот Адам явно наседал ему на мозги, что-то навязчиво пытаясь внушить. Однако, зная его истинную натуру, Гордыня никак не желал его слушать, тем самым лишь усугубляя своё положение. Как же тогда вырваться из этого ненавистного круга? Окончательно замучавшись соображать решения данной проблемы, Гордыне всё-таки удалось уснуть, но он знал, что завтра грядет очередной непростой день.
