Но Бог явно не был безумен. Как сильно не желал бы Чарльз выкрикнуть именно это несносное оскорбление в его сторону, он понимал, что, либо этот малец уже окончательно перешагнул всякую грань адекватности. Либо в его словах было нечто большее, нежели просто угрозы.
И почему же первый вариант нельзя просто приравнять к безумию и свести всё к его крайней степени? А потому, что при сочетании со вторым вариантом это «безумие» может перерасти в нечто, что нельзя будет более описать никакими словами. Ибо ежели этой сущности, этому монстру суждено будет вырваться из клеток этого комплекса, то конец грядет не только для Союза или Империи.
– Но и всего мира в целом! – будто читая мысли и произнося их вслух, прокричал Бог прямо в застывшее лицо Чарльза.
– С этого момента ты помещаешься под мое постоянное наблюдение, а все твои силы будут сдержаны в специальной магической камере до прибытия специального отряда из штаба операции! – лишь сумел в ответ на это как можно более грозно прореветь Чарльз и занести руки, призывая заклинание.
Огромная волна грязи через мгновение возникла прямо перед Богом, который, однако, лишь с надменной усмешкой на лице развернулся и пошел в сторону выхода. А в последнюю секунду, прежде чем этой могучей хватке сил воды и земли было суждено схватить его, он одним щелчком пальца призвал свое огромное теневое крыло и разорвал им заклинание.
– Как прикажете, капитан! – лишь еще раз бросив взгляд на Чарльза, с издевкой произнес Бог и совершенно безразлично вышел из зала, оставив разбитого Чарльза бессильно стоять и смотреть ему вслед.
Следующие пару дней Бог провел наедине с собой в своей комнате, что стала для него ничем иным, как тюремной камерой. Да, делить её с другими арестантами не приходилось, но с учетом того, что никто даже подходить к ней в эти дни не осмеливался, ему всё же было немного грустно и одиноко. В области живота. Всё же попервой свыкаться с мыслью, что ему придется невольно опустить себя до голодовки, было непросто, но быстро вспомнив, что всё происходящее – это не более чем устроенный им лично фарс, он успокоился.
– Всё же они настолько меня испугались, что даже не подошли, дабы заключить меня в ту самую магическую камеру, ха! – лишь усмехнулся про себя Бог – А сколько грозных слов-то было!
Ему часто доводилось слышать или ощущать крылом, как кто-то ходит вокруг его комнаты, и иногда даже удавалось разобрать пару другую слов, что изрекали их испуганные уста. Иногда ему даже доводилось слышать знакомые голоса, и некоторые из них заставляли его глаза слегка потупиться в сторону и набрать всей грудью воздух, дабы расстроено выдохнуть. И тогда он так сильно увлёкся этой игрой, что совсем позабыл, что должен был среди всех этих голосов появиться и еще один. Тот, которого он так сильно ждал, хоть и сам это всеми силами пытался отрицать. Ибо совершенно не знал, что он услышит от «него».
Винсент не мог заснуть всю эту ночь, а потому под утро так и не успел как следует успокоиться. Всё же глупо было надеяться, что хотя бы что-то в такой ситуации может сложиться в его сторону.
– Ага, как же глупо надеяться, что всё пойдет по плану, когда сам твой план – это противостоять всему! – горько усмехнулся он над собой с утра.
Но, думаю, не для кого уже не секрет, что все эти мысли были отвлеченными, а на деле Винсент волновался совершенно по другому поводу, а за столь робкой беседой с самим собой он лишь надеялся скрыть от себя это волнение. Наивно надеялся, ибо стоило ему снова вернуться к рассуждениям по поводу предстоящей ему задачи, так его сердце вновь начало колотить так, будто он снова вернулся в тот первый день на фронте.
– Сколько же можно жалеть именно себя?! Почему я так и не смог поволноваться о нём?! – корил он себя, уже бегом направляясь в сторону одинокой и всеми «проклятой» комнаты.
Винсент долго не мог понять своих истинных чувств, что терзали его душу всё это время. Но теперь, когда, как казалось, было уже поздно, он, наконец, осмелился осознать, о чём же всё это было. И в момент своего прозрения он понял, что шанс еще есть. Шанс всё изменить и всё исправить. Для себя. И для него.
А потому он сломя голову бежал по коридору, что сейчас казался ему столь длинным и столь темным и давящим.
– Нет уж, это не просто галлюцинации. Капитан уже начал действовать! – успел он заметить для себя и еще сильнее ускорился.
Только вот почти у самой точки назначения его перехватили маги из специального отряда.
– «Так значит, они уже здесь!» – ужаснулся он про себя, а затем вопросил – Кто вы и что вам здесь нужно?
– Мы здесь по поручению главы исследовательской миссии Чарльза Блайтмилана – заявил в ответ один.
– Приказ: сопроводить одного из местных магов под надзор специального отдела по полевым магическим операциям – и отчитался второй.
– Тогда позвольте и мне пройти, я Винсент Либер из высших чинов этой миссии!
– К сожалению, Винсент, именно тебе я пройти дальше позволить не могу… – услышал он знакомый властный голос из-за спины.
