– Эй, чего застыл? – Кто-то бесцеремонно толкнул меня в спину. Я оглянулся. Это оказался пернатый лангутти преклонных лет. Опираясь на металлическую трость, он не переставая бубнил: – Встанут вечно посередь дороги, не обойдешь. И так места – не развернешься, а тут еще поналетело. Отродясь в нашей норе столько чужаков не было. – Не обращая на меня ни малейшего внимания, старикан продолжил свой неспешный путь через узкие проходы.
Я бы даже не обратил на него внимания, если б шагавшая чуть впереди Эйтн не остановилась. Лицо ее оставалось бесстрастным, но взгляд так и вспыхнул. Она обратилась к старику:
– Другие чужаки, вы сказали?
Лангутти замер, перекинул пучок длинных седых перьев с одного бока на другой, прищелкнул клювом и с подозрительным прищуром глянул на Эйтн снизу вверх:
– А тебе-то что? Не твои, скажешь, дружки, разве? Не твои что ли?
– Как они выглядели?
– Сдались они мне! – Пучок на лбу старика встопорщился веером, но от воспоминания ли о чужаках или же от расспросов о них – осталось неясным. – Кого мне тут разглядывать? Зачем? Я в чужие дела не суюсь!
Я не верил старику. Хоть он и старался изо всех сил, размахивал руками и брызгал слюной, искренности в голосе существенно не хватало. Все это казалось тщательно отрепетированной постановкой, театром одного актера. Но были ли мы с Эйтн намеренной публикой?..
Предчувствие тонкой иглой кольнуло в спину. Ладонь обдало жаром, отчего сумка с головой Кукольницы едва не выпала из вмиг ослабевших пальцев. Превозмогая боль, я оглянулся и послал Тени незримой волной на проверку.
Ничего.
Не считая, конечно, местной жизни, кипучей, как и подобает добротному гетто.
Эйтн и Мегарри, заметив мое напряжение, встревожились.
– Что-то учуял?
Я не знал, что сказать. Скорее нет, чем да? Глупо. Тем более что, по сути, дурное предчувствие не покидало меня с тех самых пор, как я покинул стены Цитадели. Но об этом ей знать не следовало.
Когда я не ответил, Эйтн повторила и прибавила:
– Сет?
Как раз в этот момент они и напали.
Беоссар, конечно. Со своей дюжей свитой. Вернее, теми из нее, кого не пристрелила Эйтн. Закутанные в песочного цвета накидки, они пытались слиться с окружением, но для цепкого глаза весь этот спектакль не стоил и ломанной монетки. Хотя, стоит признать, теперь параксанцы вели себя осторожней. Не выскакивали, подобно чертику из табакерки, и не нарывались на драку. Рассеявшись среди лабиринта переходов, опутавшего палатки, они взяли нас в кольцо и медленно сжимали его.
– Далеко еще до корабля? – обратился я к Мегарри, не отрывая взгляда от бородатой рожи, выглядывавшей из-под капюшона.
– Какая разница? – выругалась спасительница, вынимая из-за пояса бластер. – Все равно через ублюдков пробираться. Как вообще они умудрились сюда попасть?
Этот ответ я сам не прочь был узнать.
– У вас оружие-то хоть какое-нибудь есть?
Я развел руками, продемонстрировав пустой пояс и сумку. Можно было сказать о медальоне Эйтн, но отчего-то казалось, будто в нынешней ситуации миленькая серебристая штучка нам не помощник.
– Что ж, тогда соображайте, как выкручиваться, а я в этом деле больше не участвую. Не собираюсь рисковать своими детьми ради вас, так что без обид. Корабль ждет в третьем доке за рыночной площадью. – С этими словами Мегарри развернулась в сторону, откуда привела нас, и быстро скрылась из виду.
Я не стал ее критиковать. Даже мысленно. Только обменялся с Эйтн понимающими взглядами.
– Просто идем, – сказала она и уверенно шагнула в указанном направлении.
Спорить было бессмысленно. Как и уговаривать вести себя осмотрительней. Жжение туманило разум, но не настолько, чтобы я не смог открыться Теням, благодаря которым теперь четко видел каждого из наших противников, все еще пытавшихся казаться незаметными. Параксанцы двигались сквозь тоненький людской ручеек подобно катранам, учуявшим растворенную в воде кровь. Нам следовало поторопиться.
Нагнав Эйтн, я негромко сказал ей:
– Могу попытаться их задержать.
Эйтн не ответила, даже не оглянулась. Пригнув голову, она проворно юркнула под натянутой веревкой, на которой проветривалась необъятных размеров одежда.
– Поаккуратней мне тут! – Из ближайшей палатки выглянула почтенная динетинша с начисто спиленными шипами. – Все белье уделаете!
Я покосился на ряд белоснежных подштанников, одного из которых хватило бы, чтоб завернуть прыгун целиком. С трудом сдержав язвительный комментарий, поспешил за Эйтн.
Мы оказались в узком проходе образованном парой палаток. Здесь было безлюдно и довольно темно – достаточно, чтобы перевести дух, если б нам это понадобилось. Я вопросительно глянул на свою путницу, галантно предоставив ей право решать, как нам быть дальше. Она долго думать не стала.
– Нам все равно придется столкнуться с ними рано или поздно. Так почему бы не сделать это на собственных условиях? – И прежде чем я успел ответить, добавила: – Ты видишь каждого из них?
Я окунулся в потоки Теней и тут же кивнул:
– Пятеро. Двое впереди. Трое, включая Беоссара, сзади.
– Думаешь, они знают, куда мы направляемся?
– Понятия не имею.
