— Фрауд!.. Gapu, я… Хочешь узнать, откуда у меня хвост на самом деле?
В его взгляде мелькнул интерес, хотя мимика осталась все той же спокойной.
— Вы хотите меня таким образом подкупить-с?
— Нет, gapu, я хочу тебе объяснить, почему я поступила так, как поступила!
— Я вас слушаю. Однако, — Фрауд оттопырил указательный палец на травяной руке, — должен заметить, я выслушаю вас из простого любопытства. Ваши попытки повлиять на меня ни к чему не приведут, так и знайте-с.
— У меня хвост от рождения! — заявила я.
— Быть того не может, — он совсем не поверил.
— Но это правда!
— Позвольте тогда спросить: как хвост может быть связан с вашими нехорошими поступками-с?
Тогда я рассказала ему, что не помню почти ничего, кроме своего имени. Не знаю ничего об окружающем мире, но знаю, что нужно быть предельно осторожной, иначе тебя ждет смерть. В общем, рассказала как есть. Но этого все равно оказалось недостаточно.
— Это не оправдывает ваши действия, Макс.
Я поникла и слабо вздохнула.
— Знаю…
— По крайней мере, вы признаете это. Уже хорошо-с.
— Г-где бот? — спросила я неуверенно. Я боялась того, что могу услышать в ответ, но все равно рискнула спросить…
— Вот же он, — Фрауд отступил вбок, и я увидела бота, неподвижно лежащего на столе. Внутри меня все упало. — Он цел. Я пока еще не начал его разбирать-с, но планирую это сделать. Мне весьма любопытно посмотреть, что у него внутри-с. Не каждый день на глаза попадается такая находка-с. Автономный искусственный интеллект, надо же!
— Нет… — я слабо зашевелила губами, пытаясь хоть как-то возразить, но вид бессознательного — если про него можно так сказать — бота шокировал меня. — Он просто выполнял мою команду и… он пытается меня защищать!..
— Я тоже пытаюсь защищаться. И поэтому-с я разберу его. Не только из желания познать-с, как и из чего он сделан, но и затем, чтобы применить потом это знание на практике-с. Мне его лазер еще пригодится.
— Фрауд! — повысила я голос, но он дрожал от переизбытка чувств.
— Достопочтенная Макс, — спокойно отозвался Фрауд и посмотрел на меня, кажется, ожидая, что я скажу дальше.
— Что ты сделал с ним?!
— Слышали про электромагнитный импульс? Из камней, что плавают в воздухе неподалеку, можно соорудить всякое-с.
— Мы уйдем, Фрауд. Даю руку на отсечение, мы немедленно уйдем, если ты позволишь нам уйти. Ты больше нас никогда не увидишь.
Его громоздкая рука потянулась ко мне, медленно распрямляясь. Она вытянулась не меньше чем на два гифрана, затем стиснула меня в грубых древесных пальцах, подняв с земли, и пересадила на край стола, почти рядом с ботом.
— Я уже сказал, что не могу-с вас отпустить, Макс, — покачал Фрауд головой. — И потому, что боюсь за свою жизнь, и потому, что мне становится все любопытнее, что вы оба из себя представляете-с. Вы сразу привлекли мое внимание, думаю, это-с было очевидно, я этого и не скрывал. Но теперь, когда вы проявили враждебность-с, у меня полностью развязаны руки, — проговорил он серьезно.
— Подожди… ты и меня?.. — пролепетала я, не веря ушам. — Ты и меня хочешь вскрыть?
— Если потребуется, я вскрою в конце концов и вас, уважаемая Макс. Но вы на этот счет пока можете быть спокойны-с. Есть несколько вещей, которые я хотел проверить перед тем, как непосредственно перейти к вскрытию-с.
У меня кровь в жилах стыла от его слов. И он говорил так, будто это какой-то пустяк!
— Маньяк!
— Ваша точка зрения, — безразлично отозвался Фрауд и начал возиться со своими механизмами, будто приготавливая их к чему-то. — Имеет-с право на существование.
— Болтаешь про честность и вежливость… чудовище… Вот кто ты на самом деле — чудовище!
Он терпеливо выслушал меня, ненадолго отвлекшись от механизмов, а затем спросил:
— Правильно ли я понимаю: вы пытаетесь сказать, что я в чем-то вам солгал?
— Именно, makara! Ты с самого начала притворялся, что ты нормальный! Ты ненормальный!
— Вы заблуждаетесь. Я безрассудный и честно сказал вам об этом-с. Знание для меня имеет высшую ценность, вы это тоже слышали-с. Вы с роботом — два новых источника знания. Только безрассудный переступит через мораль не раздумывая. Впрочем-с, вы сей шаг своими действиями заметно упростили.
— Так ты все-таки признаешь, что задумывал это!
— У нас в головах витает столько разных мыслей, что и не счесть-с. Но пока мысли остаются мыслями, они никому не вредят. Вы помогли-с принять мне нелегкое решение, уважаемая Макс. Никогда прежде в жизни я так долго не раздумывал-с. Я почти начал сомневаться, так ли уж я безрассуден, как считал.
Я не нашлась, что возразить. Он неумолимо разрушал любой мой аргумент. Видимо, такие у меня были аргументы: шаткие, сопливые… Фрауд оставался предельно спокоен. Ни одно мое слово не разозлило его, не вывело его хоть сколько-то из себя. Я чувствовала себя обидевшимся ребенком по сравнению с ним, чувствовала себя просто глупой.
