Проснувшись, я почувствовала что-то шершавое на щеке. Потерев ее тыльной стороной ладони, я обнаружила, что это песок. Похоже, шмякнулась прямо лицом в землю при падении. Разум пробудился окончательно, и до меня вдруг дошло, что мои ноги не касаются земли, и вообще все перед глазами куда-то неспешно движется.
— А… бот?..
— Проснулись, Маленьер?
— Ты меня несешь, что ли?
— Как вы несли меня.
— Спасибо. Теперь мы квиты, получается.
— Не благодарите. Вы нуждались в отдыхе.
— Сколько я проспала?
— Семь часов.
— Ого.
Не могу сказать, что выспалась, но это было гораздо лучше, чем ничего. Во всяком случае, жгучая боль в глазах стала заметно слабее.
— Обстановка спокойная, — сообщил бот. — До сих пор я не встретил ни одного живого существа или опасности иного рода.
— Так, я хочу слезть.
Бот остановился и поставил меня на ноги с помощью телекинетического луча, после чего мы двинулись дальше. Скоро наступит ночь, думала я. Надо поторапливаться. Правда, сильно это не поможет. Пустыня есть пустыня, искать укрытие среди бесконечных дюн бесполезно. Зато с потенциальными местными обитателями мы в равных условиях — внезапным их появление точно не будет, мы заприметим их сразу. Ну, если только они не живут в песке… Gapu, лучше бы об этом не думала!
— Вы дергались и бормотали во сне, Маленьер, — заговорил бот. — Вам что-то снилось?
— Не-а, вообще ничего не снилось. А что? — шутливо спросила я. — Тебе любопытно, какие я сны видела?
— Нет, — отрезал он. — Мне это нужно, чтобы провести расчеты. Чем лучше вам спалось, тем дольше вы сможете поддерживать текущую скорость передвижения, на основе чего я смогу предположить, какой путь нам удастся преодолеть прежде, чем вам снова потребуется отдых.
— Как все у тебя сложно. Ладно, и зачем это тебе?
— Просто так.
— Ты серьезно? — выгнула я бровь, посмотрев на бота. Он молчал. — Не думала, что ты делаешь что-либо «просто так».
— Замечание: в данный момент мои вычислительные мощности практически ничем не заняты.
— То есть тебе скучно. И прежде чем ты скажешь, мол, «не надо применять ко мне человеческие слова», — я изобразила его безэмоциональный голос, — со стороны это именно так и выглядит. Тебе нечем занять себя.
— Дело не в скуке. Я не хочу, чтобы вычислительные мощности простаивали без дела. Они должны быть заняты делом постоянно.
— Давай я помогу тебе, бот, — я сложила руки за спиной и потянулась. — Поболтаем. Вот ты хотел узнать про мои сны — а ты сам как? Пока ты был в отключке, ты что-нибудь видел?
— Не видел. Создатель не наделил меня подобной функцией. Я считаю это решение правильным. От умения видеть сны нет никакой практической пользы. Однако, несмотря на это, у меня есть возможность уйти на профилактическую перезагрузку, во время которой я могу заново просматривать те или иные моменты, которые ранее сохранил в памяти.
— Эй, я тоже иногда так делаю перед сном. Прокручиваю в голове всякие разные воспоминания из прошлого. Вернее сказать, мне кажется, что я бы так делала, будь у меня хоть какие-то воспоминания…
— Будучи выключенным, я фактически перестал жить, если выражаться человеческими словами, Маленьер. Это ни разу не похоже на сон.
— Что тебя вернуло к жизни?
— Аварийная система. К вышесказанному я также могу добавить, что не «ощущаю», что был выключен все это время.
— Это как?
— Представьте, что вы легли спать, закрыли глаза и тут же их открыли, уже выспавшаяся. Вы не помните, как спали. Вы не ощущаете, что спали. Ваше восприятие мира непрерывно, в вашей жизни нет периодов забытья. Вы живете в едином непрекращающемся дне.
— С ума сойти.
— Примерно так я воспринимаю мир.
У меня вдруг заурчал живот, и я положила на него руки.
— А так, полагаю, воспринимаете мир вы, — сказал бот.
Есть хотелось страшно, да и пить тоже. Но ничего поделать с этим я не могла. Разве что опять уснуть — во сне голода хотя бы не чувствуешь. Глаза забегали по окрестностям в поисках хоть чего-нибудь съедобного, но кругом был один безжизненный песок. Я бы сейчас, наверно, и от травы не отказалось. Kenpulas, надо было взять с собой хотя бы пучок, пока под ногами ее было немерено.
Пытаясь хоть как-то отвлечься от жгучего ощущения пустоты в желудке, я сначала думала о приближающейся ночи, потом вспомнила про Фрауда, а от Фрауда незаметно перенеслась к нашему с ботом не самому приятному разговору. И во мне как-то вдруг взыграла вина…
— Бот, ты же не злишься на меня?
— Требуется уточнение запроса.
— Ну, я сказала, что ты облажался… Простой знай, что я тебя в произошедшем не виню.
— Для меня это знание не имеет никакого значения, — отозвался бот. Если бы с такой же интонацией ответил человек, это было бы стопроцентным сигналом, что он обижен или оскорблен. Но нет. Это был бот в своем репертуаре.
— Ну и ладно, — фыркнула я. — Хотя бы самой легче стало.
