— Давайте попробуем, создательница. Правда, не уверена я, что на все ответить смогу.
— Ну, уж на этот вопрос вы мне точно ответите. Скажите, что происходит с дроидами? Почему они занимаются тем, чем заниматься по идее не должны? Как они пришли к тому, что стали рисовать картины?
— Случилось сие после разрыва. Боле дроидам не нужно было прежние функции выполнять; без дела фактически остались они, лишились смысла существования, заложили который создатели в них. Поначалу по инерции занимались они тем же, чем прежде, — сказать можно, что изображали функционирование они, а не пользу настоящую приносили. Не хотелось мне сокращать их количество, хотя и отпала надобность во многих. Не хотелось мне, дабы совсем тихой и пустой сделалась фабрика. Однажды на одном из этажей подземных дроиды нашли библиотеку, видимо, нам оставленную кем-то из создателей. В библиотеке той было книг много про человеческое искусство. Дроиды единогласно приняли книги сии как новые инструкции взамен старых, следовать коим они не могли боле. Солгу, скажу если, что сама в те книги не заглянула.
— Чем они до этого занимались?
— Неизвестно мне и сие тоже. Простите, создательница.
— Кстати, если так подумать, дроиды тоже неплохо сохранились за столько-то веков. Как им удается до сих пор функционировать?
— Службы срок для них равен пятидесяти годам в среднем. Время от времени заново собираю их я. Входит все сюда: новых деталей и плат изготовление, сборка, программирование…
— Вот, а вы говорите, что не знаете, что делали раньше.
— Всего лишь одна из многих функций есмь сие. Остаются многие функции для меня неизвестными и заблокированными.
— Эх… Ну ладно. Может, про Изнанку что-нибудь расскажете?
— Изнанку?
— Вот это место, которое нас окружает. Некоторые люди, которых мы встречали, даже называли его подземной пещерой.
— Боюсь, что и здесь тоже не помощница я вам. Посылала я в разные времена дроидов на разведку, но не вернулся из них ни один. Не предназначены для сего они. Вот уже три века миновало, как не предпринимала я попыток новых. Бессмысленным занятием кажется мне сие. Могу лишь сказать уверенно, что находились мы в другом месте до разрыва…
— Что это было за место?
— Сказать не могу. И снова меня простите. Совершенно бесполезна я для вас.
— Эй, да перестаньте вы извиняться. Ничего страшного в этом нет.
— Ждала просто сей встречи я вечность целую, однако теперь понимаю я, что не готова совсем…
— Gapu… — коротко вздохнула я. — Хозяйка, было бы у вас физическое обличье, я бы вас обняла.
— Зачем создательнице обнимать меня?
— Потому что вы милая.
— Быть не могу милою я… Однако ошибаетесь вы, есть у меня физическое обличье — прямо на меня сейчас смотрите вы, — и если вы настаиваете… то не смею я вам отказать.
— Я имела в виду человеческое обличье! Простите, но стены я обнимать не буду. Это будет довольно странно…
— Сие к лучшему, наверно.
Я ее сильно засмущала.
В наш разговор внезапно вмешался еще один голос.
— Я вас вычислил!
Над столом завис наполовину разобранный дроид. Корпус у него отсутствовал, отсутствовали и обе руки; фактически перед нами была голая платформа, на которой держались платы и прочие компоненты, о назначении которых я могла только догадываться.
— Кто смеет беспардонно столь нас прерывать? Важный разговор у нас, не видно раз… — Хозяйка оборвалась на полуслове и ахнула: — Бедняжка! Что случилось с тобою?
Дроид замер на мгновение, как будто в изумлении.
— Если честно, я не ожидал от вас подобной реакции. Ничего со мной страшного не случилось, Хозяйка. И простите, что прерываю вас. Просто… мне показалось, что другой возможности у меня может не появиться.
— Механист, — только и сказал бот.
— Все-таки решил показать настоящего себя, — скрестила я руки на груди. — Вид у тебя удручающий.
— Вы его знаете? — удивилась Хозяйка.
— Конечно знаем.
И я кратко поведала про наше с ботом детективное расследование. Однако, когда добралась до мотивов Механиста, он прервал меня, сказав, что дальше сам. Закончив свой рассказ, он изрек:
— Считайте это чистосердечным признанием. Я давно хотел вам в этом сознаться. Говорю «чистосердечное», хотя сердца у меня нет, но так уж выражались создатели…
Хозяйка призадумалась, а затем говорила беззлобно:
— Не предполагала я, что мысли подобные простого дроида беспокоить могут. В плюс тебе, что пришел и сознался сам ты, однако не могу глаза закрыть я — ах, выражаюсь я прямо как ты! — на злодеянья твои.
Тут вмешалась я.
— Справедливости ради, никто из других дроидов на него не жаловался. Он хоть и забирал детали, но не похоже, что это кому-либо навредило.
— Он сказал нам, что хотел получить еще одного такого же дроида, — добавил бот.
Хозяйка снова задумалась.
— Я готов к любому наказанию, — смиренно сказал Механист.
— Не будет наказанья никакого. В конце концов, серьезно никто не пострадал, и сие вижу я: дроиды все, коим направила запрос я, ответили, что не испытывают особых проблем. Однако вернешь им детали ты. И извинишься.
— Слушаюсь, Хозяйка.
