До Амадора мы добрались, когда солнце уже начало клониться к закату.
Столицу земель алоплащников можно было разглядеть издалека. По словам Рико, её возвели вскоре после возникновения Бездны на гряде холмов. На самом высоком расположилась Цитадель Пламени — серокаменная крепость, которая хмуро взирала на раскинувшийся внизу город. Единственным ярким пятном в её облике было знамя Ордена, висевшее на центральной башне, — белая ткань, на которой плясали языки огня.
От крепости веяло древностью и затаённой угрозой.
Нейфила согласилась со мной.
«Никак не пойму, на кого она смахивает больше, на стража, охраняющего покой жителей, или на грозного надзирателя».
Рассмотреть Амадор получше не давала стена — двадцать метров отвесного камня, — окружавшая город огромным кольцом. По всей её длине возвышались круглые башни, и над каждой развевались красно-белые стяги. Дорога, а скорее, ухоженная тропа, вела к воротам между двумя башнями. Этим путём не пользовался никто, за исключением самих алоплащников, которые редко устраивали масштабные экспедиции.
Нас быстро заметили. В одной из множества бойниц, испещрявших стены, что-то блеснуло. Я насторожился — мало ли какое оружие водилось на Хазме, — однако Рико отмахнулась от моих подозрений.
— Наблюдатели! — пояснила она. — Следят за тем, как бы со стороны Краевой Пустоши не заявились незваные гости.
— Монстры?
Она фыркнула. Её настроение заметно улучшилось с тех пор, как мы покинули Бездну.
— Ну какие монстры в Пустоши? Тем более что звери почти никогда не покидают своих родных слоёв. Нет, главный враг — это люди. Порой то один, то другой Великий Дом объявляет Ордену войну. А иногда нападают и безо всяких формальностей. Из-за стихийных врат и причуд пространства в Бездне через неё удобно перебрасывать войска, хотя обычно никто не рискует спускаться большими армиями глубже чем на Пустошь.
Я представил, как несколько полков солдат продираются через смертельные джунгли второго слоя, с проклятьями отмахиваясь от туч гигантских москитов и отбиваясь от плотоядных растений. Измученные переходом и подхваченными в нём болезнями, они не сразу понимают, что закончился репеллент — единственная защита от тварей, способных выкашивать людей сотнями…
— Могу представить, — кивнул я. — А с чего бы Великим Домам нападать на вас?
— Политика, — с важным видом сказала Рико и многозначительно помахала у меня перед носом указательным пальцем.
— То есть ты не знаешь.
Она смутилась.
— Ну, последняя крупная война закончилась ещё до моего рождения. Но мелкие стычки случаются довольно часто. Им не нравится, что мы обличаем их порочное влечение к Бездне.
Нейфила вскинула брови.
«Тебя это удивляет?»
«Я читала немного о войнах с алоплащниками в открытых хрониках. Как правило, фанатики убивали какого-нибудь высокопоставленного члена Великого Дома в Бездне, и весть об этом просачивалась во внешний мир — возвращался тот, кто пережил засаду, или находили следы побоища».
Когда мы приблизились к воротам, дрогнула и поползла вверх массивная зубчатая решётка. За ней разошлись толстые деревянные створки, обитые металлическими пластинами. Только сейчас я в полной мере осознал толщину стен — как минимум три метра.
Под сводом каменной арки нас встретила группа солдат. Меня оглядели мельком. Враждебности во взглядах не читалось, но и особого дружелюбия я не ощущал. Оружие, впрочем, никто не обнажил — Рико действительно тут знали и доверяли ей.
Вперёд выступил начальник дозора, немолодой мужчина за сорок с пробивающейся сединой. Хлёстко хлопнув себя по плечу с инсигнией в качестве приветствия, он улыбнулся Рико, но в его серых глазах плескалось недоумение.
— С возвращением, рыцарь Рико. Ваш патруль припозднился. Но где мастер Ваккер и рыцарь-прима Луквенес? И кто это с тобой?
— Мастер Апман, Ваккер и Луквенес ещё не вернулись? — удивилась Рико.
Апман нахмурился.
— Рыцарь Рико, напоминаю, что наказание за нарушение субординации…
— Они оставили меня умирать! — пылко перебила его Рико, потерев синяк на виске. — Бросили посреди Пустоши и сбежали! Если бы не Каттай, наткнувшийся на меня возле горящей Рощи Статуй, меня бы сейчас здесь не было!
Апман поджал губы и покосился на подчинённых.
— Это серьёзные обвинения… Не разбрасывайся ими голословно. Мне нужны подробности. Не тут, — остановил он Рико, открывшую было рот. — У меня. Твой знакомый пока что посидит в сторожке. Я вызову его позже, когда дойдёт черёд до его истории.
Он развернулся, взметнув полы плаща — чистого, блистающего победоносным алым сатином. Рядом с ним плащ Рико казался жалким: бурый от пыли, порванный в паре мест и весь будто пережеванный. Но сама она жалкой не казалась. Возвращение домой придало ей сил. Она поспешила за Апманом, почти не отставая от него, хотя ещё недавно едва передвигала ноги.
