– Нет, я ничего не хочу, кроме как отдохнуть. А вы уходите и развлекайтесь без меня. Не оставайтесь тут.
– Если надо, я уйду; но развлекаться не буду. Вы же знаете, что я живу лишь тогда, когда вы рядом.
Аробен встал, собираясь откланяться.
– Вы всегда говорите женщинам подобные вещи?
– Мне уже приходилось произносить эти слова, но не думаю, чтобы раньше я говорил их всерьез, – с улыбкой ответил он. Во взгляде Эдны не было теплоты, лишь мечтательное, отсутствующее выражение. – Доброй ночи. Я вас обожаю. Приятных снов, – сказал Аробен, поцеловал ей руку и удалился.
Эдна осталась одна, погруженная в какое-то забытье, нечто вроде ступора. Она вновь, мгновение за мгновением, переживала каждую минуту из тех, что провела с Робером после его появления у мадемуазель Райс. Вспоминала его слова, взгляды. Какую скудную пищу представляли они для ее изголодавшегося сердца! Перед ее мысленным взором возникло видение – образ невероятно обольстительной мексиканской девушки. Укол ревности заставил ее поморщиться. Эдна гадала, когда же Робер вернется. Он не сказал, что придет снова. Она только что была рядом с ним, слышала его голос, касалась его руки. Но отчего-то, когда Робер был в Мексике, он казался ей ближе.
Настало утро, наполненное солнечным светом и надеждой. Эдна не видела впереди никаких помех – лишь обещание безмерной радости. Пробудившись, она лежала в постели с блестящими глазами, погрузившись в размышления. «Он любит вас, бедная глупышка». Если бы только это убеждение прочно закрепилось в ее сознании, какое значение имело бы все остальное? Молодая женщина считала, что, поддавшись минувшей ночью унынию, повела себя по-детски, неразумно. Она перебирала в уме мотивы, которыми, вне всякого сомнения, и объяснялась сдержанность Робера. Мотивы эти не являются непреодолимой помехой. Они не выдержат, если он действительно любит ее, не смогут противостоять ее собственной страсти, которую он со временем обязательно распознает. Эдна представляла, как Робер нынче утром идет на службу. Даже видела, как он одет, как шагает по улице, заворачивает за угол, как склоняется над своим столом, разговаривает с посетителями, входящими в контору, уходит на обед и, возможно, высматривает на улице ее. Вот Робер приходит к ней днем или вечером, садится, сворачивает папиросу, недолго беседует и уходит, совсем как накануне вечером. Но как же будет чудесно, если он останется с ней! Она ни о чем не пожалеет и не попытается преодолеть его сдержанность, если он решит по-прежнему соблюдать ее.
Эдна позавтракала в неглиже. Горничная принесла написанное печатными буквами – очаровательными каракулями – письмо от Рауля, в котором он передавал привет, просил прислать ему конфет и сообщал, что этим утром они обнаружили под боком у принадлежащей Лидии большой белой свиньи десять крошечных белых поросяток, лежавших в ряд.
Также пришло письмо от мужа. Он уведомлял Эдну, что рассчитывает вернуться в начале марта, после чего они будут готовиться к поездке за границу, которую он так давно обещал ей и теперь наконец, как ему представляется, способен себе позволить. Леонс считал, что благодаря его недавним спекуляциям на Уолл-стрит они смогут путешествовать как респектабельные люди, ни в чем себе не отказывая.
К своему немалому изумлению, Эдна получила записку от Аробена, написанную им в полночь в клубе. В ней он желал миссис Понтелье доброго утра, выражал надежду, что она хорошо спала, и заверял ее в своей преданности, на каковую, верил он, она хоть немного отвечает взаимностью.
Все эти послания порадовали молодую женщину. Она ответила детям в веселом тоне, пообещав им конфет и поздравив их со счастливым обнаружением поросят. Мужу написала с дружеской уклончивостью – без какого бы то ни было намерения ввести его в заблуждение, только лишь потому, что из ее жизни совершенно исчезло всякое ощущение реальности: Эдна покорилась судьбе и равнодушно ожидала последствий. На записку Аробена она вообще не ответила, бросив ее в топку плиты Селестины.
Несколько часов Эдна с большим воодушевлением работала. Она никого не принимала, кроме торговца картинами, который осведомился, правда ли, что миссис Понтелье уезжает учиться за границу, в Париж. Она ответила, что, возможно, уедет, и торговец договорился с ней насчет нескольких парижских этюдов, которые она должна будет успеть прислать к предпраздничной декабрьской торговле.
Робер в этот день не пришел. Эдна была глубоко разочарована. Он не явился ни назавтра, ни через день. Каждое утро молодая женщина просыпалась с надеждой и каждый вечер впадала в уныние. У нее возникло искушение разыскать его. Но она была далека от того, чтобы поддаться этому порыву, и избегала любой возможности случайно столкнуться с Робером. Она не навещала мадемуазель Райс и обходила стороной дом мадам Лебрен, точно Робер по-прежнему находился в Мексике.
