Спускаясь по лестнице, Александра прислушивалась к звукам в доме, но было так тихо, что казалось, будто здание необитаемо. «Одно из самых дорогих мест, роскошная квартира, часы за бешеные деньги, лучший адвокат для отца…» Художница то и дело бралась за перила. Ноги после утомительного дня гудели, она мечтала о горячем душе и долгом сне без сновидений. «Откуда все это взялось? Кто это оплачивает?»
Ей оставалось спуститься по трем последним ступенькам, когда пискнул кодовый замок, и дверь подъезда отворилась, впуская вернувшегося домой жильца.
Над входом горел светильник, и поэтому Александра моментально разглядела человека, вошедшего в подъезд. И еще прежде, чем она осознала,
Максим Богуславский. Человек, которого она не думала когда-нибудь увидеть еще раз.
– Здравствуйте, Александра Петровна, – сказал он, начиная улыбаться. Улыбался Богуславский, кривя губы так, что уголки рта опускались вниз. Это была улыбка «наоборот», которую Александра очень хорошо помнила. – Какой сюрприз! А знаете, я часто вас вспоминал.
– Я тоже, – услышала свой голос художница. – Я тоже.
Яркое завершение безумного дня – Александра сидела в ресторане напротив человека, которого считала чудовищем и убийцей. Богуславский, чрезвычайно довольный, выбирал вино из карты. В подъезде, где они столкнулись, он немедленно предложил поужинать где-нибудь поблизости.
– Страшно есть хочу, – просто сказал Максим. – А Нина готовить не умеет, все равно пришлось бы заказывать еду. И потом, нам не мешает поговорить. Тогда, в январе, вы исчезли так внезапно, что я ничего не успел объяснить.
И хотя Александра понимала, что все его объяснения и оправдания будут ложью, она согласилась поужинать с ним в ресторане, расположенном в соседнем доме. Этот человек притягивал ее, как луна притягивает море, как магнит – иголку. Это было темное, опасное притяжение, и Александра ощущала его даже на большом расстоянии. «Может быть, Леонид-Леон действительно просто больной человек и вдобавок жулик. – Она смотрела в меню, не различая строк. – Но он увидел человека в доме среди деревьев, и этот человек часто думал обо мне. А я – о нем».
– Вы определились? – спросил Максим.
– Нет. – Она отложила меню. – Да и есть не особенно хочется. Устала. Заказывайте, не ждите меня. Может быть, потом что-нибудь придумаю.
Богуславский задержал на ее лице долгий взгляд, затем, усмехнувшись, осведомился:
– Надеюсь, не моя вина, что у вас аппетита нет? Это ведь очень древний обычай – ничего не есть и не пить в компании врага. Правда, раньше это сводилось к опасению, что тебя отравят.
– А я не считаю вас врагом. – Александра откинулась на спинку стула. Странно это было – снова смотреть в эти глаза цвета талой воды на льду, глаза без цвета и без выражения. – Лично мне вы не сделали ничего плохого. Но у меня остались неразрешенные вопросы. А теперь их стало еще больше.
Богуславский жестом подозвал официанта, молниеносно сделал заказ и снова повернулся к своей спутнице:
– Вы представить себе не можете, как порадовали меня! Я думал, что вы и говорить со мной при встрече не захотите. Расстались мы не самым мирным образом. А вопросы… Я готов ответить на все.
– Как себя чувствует ваш брат? – поинтересовалась Александра не без яда.
Богуславский приподнял брови. Он явно ожидал другого вопроса. Подошел официант с бутылкой, обернутой в салфетку. Пока тот не разлил вино по бокалам и не удалился, за столом царило молчание.
– Вы упорно продолжаете называть Жору моим братом. – Богуславский взял бокал. – Я ведь объяснял вам, что это его фантазии. Жора в больнице. Врачи полагают, что на этот раз он оттуда не выйдет. Я удовлетворил ваше любопытство?
Он сделал глоток вина, не предлагая тоста и не дожидаясь Александры. Художница к своему бокалу не прикоснулась.
– Что ж, я вам ответил. – Богуславский сделал еще один глоток, неотрывно глядя на Александру поверх края бокала. – Могу я тоже кое о чем спросить?
Александра молча склонила голову.
– Как так случилось, что вы оказались в доме, где я снимаю квартиру? – Голос хозяина отеля звучал холодно и резко. – Я в такие совпадения не верю! Как я полагаю, вы побывали в квартире и с Ниной пообщались? Кто вам дал адрес? Она?
Художница выставила вперед раскрытые ладони, словно пытаясь остановить поток вопросов:
– Нина здесь ни при чем, мы не контактировали с января! Она была так же ошарашена, как я, когда открыла дверь. Я привезла по этому адресу пакет, мне его дал один торговец картинами.
Теперь взял паузу Богуславский. Его глаза словно ушли в тень, он что-то напряженно обдумывал. Александра, собравшись с духом, продолжала:
