Кровь в жилах Сяо Ту застыла. Если он говорит про тех, кого похоронили, да ещё, если учесть и талисманы, которые по словам мастера, были изготовлены учеником одной из сильнейших школ заклинателей…
— Да не тяни уже! — не выдержал Ми Хоу, в очередной раз заставив Сяо Ту вздрогнуть.
— А потом, мы стали замечать, — продолжил старик, — что могилы наших родных пусты. Вначале мы грешили на дикую кошку или медведя, и даже нашли одного. Но кто-то продолжил разрывать могилы. Однако, странным было то, что даже если ночью шёл дождь, на утро следы вели только от могил…
Сяо Ту совсем не понравилось то, насколько серьёзным и внимательным стал Тёмный мастер. И даже смеявшийся до этого Ми Хоу, казалось, за шутками скрывал самый настоящий страх.
— …Мы пошли в деревню по соседству. — рассказывал дальше старик, — Но там не встретили никого. Ни единого человека. «Не уж-то все люди в ней умерли?» — подумали мы. Мы зашли в каждый дом, и осмотрели все поля. И также никого не нашли, пока солнце не скрылось за облаками… И тогда, стоя в том доме, я сам, своими глазами увидел, как за окном мелькнул кто-то мертвецки бледный. Вначале я себе не поверил, ведь и зрение уже не то. Но когда он полез в окно! Ломаясь и выворачиваясь, и очень быстро..!
— Как же Вы спаслись? — снова спросил Гуэй.
— Моё спасение стоило жизни моего сына. — с глубокой скорбью и нестерпимым чувством вины отозвался староста. — Он кинулся меня защитить. — старика трясло, он заплакал: — Я уверен, следующим, из кого цзянши[И1] , вместе с плотью, вытянул бы всю ян – стал бы я. Но в тот момент меня озарило солнце. По сей день я желаю вновь оказаться в том дне. Чтобы цзянши сожрал меня! Но тогда, я мог только в бессилии сидеть на полу, пока мертвец заканчивал доедать моего сына, а позже, клацал возле моего лица своими сгнившими зумами. Пока меня оттуда не забрали.
Сердце Сяо Ту сжалось. Слушая, он представил себя сначала на месте старосты. Как, если бы это его собственный сын, который у него непременно будет, бросился бы защищать его, отжившего своё старика. А потом он представил себя на месте сына, если бы на его отца бросился цзянши! Сяо Ту без раздумий бы кинулся его спасти. Даже ценой своей жизни.
Как сделал бы это и для матери, и для Да Сюна, если бы тот был ещё жив, и сделает для Мэй Мэй. Возможно, он чуточку был бы готов так же защитить и Тёмного мастера с Владыкой…
Но сейчас рядом не было никого столь же важного, как его родные, чтобы их защищать. Только сам Сяо Ту. Поэтому, ему было страшно.
— Вы уверены в том, что это был именно цзянши? — уточнил Тёмный заклинатель.
— Полностью. — подтвердил староста. — Нам повезло, что сюда они не приходят, а наоборот, с наших могил идут в ту деревню. До этого мы гадали, куда же пропал переписчик, что должен считать людей[И2] ? А позже, туда же отправился брат Цзе Чэн. Когда-то он был монахом. Но из-за указа императора[И3] , покинул монастырь и вернулся. Если эта подвеска Ваша, — поклонился Гуэю староста, — значит, Вы – мастер. От всей деревни прошу, не оставляйте нас! — он поклонился в пол, — Здесь живут и старики, и женщины, и дети! И лежали наши родные! А теперь где-то там бродят голодные цзянши, с лицами дорогих нам детей, мужей и жён, родителей, братьев и сестёр, готовые сожрать нас – их любящих в любой момент.
— Понимаю Ваше горе, — со всем уважением ответил Гуэй. — Но я не монах. Этих же делом должны заниматься братья с горы Хэньшань.
— Каждую ночь, и во всякий пасмурный день мы ждём, что эта нечисть придёт к нам. Брат Цзе Чэн отправил в монастырь весть. Но было это не так давно. Кто знает, сколько ещё времени посланию понадобится, и сколько времени нам отведено. А главное – дойдёт ли оно. Ещё в мор от нас огородились города и деревни. Основными дорогами сюда не попасть. Будто ждут нашей гибели. А самое ужасное, — сдерживал слёзы староста, — что тем цзянши был таким же стариком, как и я. Как может старик отнимать жизнь у совсем ещё юного? Моему сыну было лет не больше, чем самому младшему из вас, — указал он на Сяо Ту.
Сердце писаря сжалось больше.
— Много раз я желал пойти туда. Хотел отправиться и с братом Цзе Чэном. Но что может старик? Только одно – не стать таким же цзянши. С моими болезнями, я лёгкая для них добыча. А если я стану таким же мертвецом, то что станет с деревней? Потому, никому идти туда не разрешено.
— Знаешь, что, — обратился к Гуэю Ми Хоу. — Я вспомнил того мальчишку с дороги, что был вместе со старухой…
— Вы видели Лин Лина? — вдруг закричала неизвестная девушка.
— Ли, тише, — укорила её рядом стоявшая женщина.
— Простите, мастер, — повинился за неё староста. — Эту девушку зовут Ли, она старшая сестра Лин Лина. Их родители, братья и сёстры умерли. Остались только Ли, Лин Лин и их бабушка. Вчера они не вернулись.
— Если они ушли к деревне, — с сопереживанием ответил Гуэй, — уверен, там они и останутся.
Сяо Ту чувствовал, что сейчас мастер был слишком жесток, произнося это. Однако, он так же понимал, что это было необходимо. Если деревенские так и продолжат ходить в проклятую деревню, то, в итоге, все они умрут.
