И ещё он любил всё объяснять, чаще всего самые элементарные вещи. Матери Нечаевой он всё время рассказывал, для чего нужна милиция; своему шофёру про устройство автомобильного мотора; а задержанным постоянно вдалбливал, что закон – это такая толстая книга, где написано, как им надо себя вести. О том, что там написано, как надо вести себя ему самому, он даже не подозревал. В общем, он был довольно – таки нудным и не очень приятным человеком. Своего тогдашнего положения, он добился не за какие – либо особые заслуги. Отнюдь. Он был скучным и не интересным человеком, местами немного даже туповатым. Но он был невероятно прилежным, абсолютно ответственным и надёжным. Никогда и не какие личные дела, семья или ещё что – либо в этом роде не могли для него заслонить службу. Служба у него всегда была на первом месте. Он прекрасно понимал, что ему не хватает знаний, коммуникабельности, умения схватывать с полуслова, он так до конца и не научился грамотно составлять служебные протоколы и продолжал писать с элементарными грамматическими ошибками. Но все эти природные недостатки он восполнял своеобразной деревенской смекалкой и невероятным трудолюбием. Он умел быть незаменимым. Его не надо было упрашивать задержаться на работе, подежурить за кого – нибудь. Все привыкли к тому, что все праздники и выходные дежурным обязательно поставят безотказного Григория. Он, не смущаясь, бегал за сигаретами для сослуживцев, за пивом, отдавал в долг деньги, сам оставаясь чаще всего без копейки. Он помогал переезжать, ремонтировать, перевозить, устраивать быт. И вдруг, в один прекрасный день, окружающие поняли, что в этом мире не обойтись без сержанта Григория Евдокимовича Зиновича. И почти десятилетие служебного прозябания сменилось годами карьерного взлёта. Руководство помогло ему заочно получить специальное образование, и он стал офицером. Совсем скоро он уже был капитаном, потом его отправили руководить районным отделом внутренних дел в маленький и не самый плохой районный центр Озерное, где он и познакомился с матерью Елены Нечаевой.
Нечаева – старшая увидела в окно идущего Григория Евдокимовича и с волнением окинула комнату хозяйским взглядом. Потом бросилась к большому овальному зеркалу, висевшему на стене, несколько раз прошлась рукой по новой прическе и, спешно подойдя к двери, глубоко вздохнула и выдохнула воздух. Ей стало смешно, вдруг показалось, что идут её сватать.
Как ни странно, но вечер прошёл превосходно. То ли хорошо приготовленный ужин, то ли спиртное, хотя и было его немного, но Григорий Евдокимович успешно развлекал мать и дочь служебными байками. Женщины не были избалованны обществом, а начальник местной милиции казался им в их доме, как минимум, космонавтом. Уже совсем смеркалось, когда капитан начал собираться. Он долго и весело разглядывал себя в зеркале прихожей комнаты, обеими руками ухватившись за новую форменную шапку, стараясь установить её в правильное положение и благосклонно выслушивая едкие и колкие замечания своей будущей жены. Внешне это было похоже на самую настоящую семейную идиллию. Мать Лены была счастлива. Они договорились, что летом переедут по месту нового назначения Григория Зиновича. А пока благоразумно сочли необходимым оставить всё как есть, новую жизнь решено было начать на новом месте.
В полутёмных сенях он обнял мать Лены, а ей самой протянул на прощание руку. Расслабленная и полупьяная мать подтолкнула дочь вперёд и весело сказала:
– Да чего смущаться, без пяти минут родственники. Лена, поцелуй Григория Евдокимовича, он обещал заботиться о тебе.
Начальник милиции довольно наклонился и обнял Лену за плечи. От него несло старой кожей, потом и водкой. Ничуть не смутившись, она подставила щёку для поцелуя и с прикосновением губ вдруг ощутила жар его ладони на своей груди. Сначала она подумала, что это случайность, но подняв голову, заметила уже знакомый блеск в его глазах. Но было темно, и она решила, что ей просто могло показаться. Хлопотами матери, да и самого Григория Евдокимовича, ей всё же удалось хорошо закончить школу. Но продолжить своё образование ей уже предстояло в другом месте. В каком городе, она ещё не знала, но уезжать из Озерного ей пока не хотелось. Несколько раз она пыталась поговорить с матерью об этом, но та категорически не хотела её слышать. Она уже вовсю готовилась к предстоящему переезду, собиралась продавать дом и весь остальной ненужный домашний скарб. Григорий Евдокимович со дня на день ждал приказ о новом для себя назначении. Они решили, что и Лена там начнёт новую жизнь.
