Увы, углежогов не сильно ценят в Подгорном царстве. И приходится им, бедным, осваивать смежные профессии. Строить перегонные котлы, добывая для алхимиков всяческие фракции, сгущая дымы и прогоняя через водные ловушки газы. Проектировать отопительные системы, отбирая хлеб у гильдии инженеров. И все равно, на свою ванну с теплой водой хватает не у каждого мастера, что уж говорить о простых работягах.
Отошедший после заклинания эльф вовсю шустрил у костра, по лагерю распространялся божественный аромат. Жаркое из дичи. Под строгим взглядом Просперо работники даже не подумали прерваться, и до изрядно остывшего блюда они добрались, когда солнце пряталось за кучерявыми вершинами могучих деревьев. Гномы набросились на еду с энтузиазмом голодных волков. Просперо с церемониальным поклоном пригласил эльфа присесть рядом. Куратор, как про себя прозвал его кузнец, не менее важно раскланялся и расположился подле мастера.
Эльф придвинул тарелку с тоненькими ломтиками мяса, вымоченного в альмусе, и блюдо с фруктами и принялся неспешно трапезничать.
С минуту помолчав, Просперо спросил:
– Дорогой друг, скажите, использование дромонта, или древня, как мы его называем, является сильно утомительным для вас?
– Обычно не сильно. Но чем больше усилий прикладывает дромонт, тем меньше энергии остается у меня.
– Я ведь не зря завел этот разговор. Дальше нам предстоит вытягивать из слитков листы. Аллерум – очень капризный металл, и диапазон ковки у него очень узок. Молотобойцам придется работать на износ. А сила дромонта вполне сопоставима с усилием тяжелого молота. Что если мы укрепим его ладонь металлом и используем в этом качестве?
Эльф надолго задумался.
– Если ты гарантируешь, что дромонт не пострадает. Ведь металл очень горячий, я не хочу, чтобы он чувствовал боль.
Просперо посмотрел эльфу прямо в глаза:
– Обещаю, слово гнома.
Полночи мастера совещались, готовили шаблоны, устанавливали порядок работ. На совещании присутствовал и эльф. С ним обсуждалось устройство молота для дромонта. Поскольку рука у древня очень большая и силу могла развить неимоверную, а металла было не слишком много, решили сделать накладку на ребро ладони, чтобы великан бил по металлу рукой. Разбрелись гномы глубоко за полночь усталые и слегка опьяненные ароматным ночным воздухом.
Утром после непродолжительных водных процедур гномы поели, куратор принес чертеж с размерами, и работа закипела. Молотобойцы долго ворчали, но сдали любимые молоты на перековку.
Углежог принародно вскрыл «погребальный курган» – так называлась эта техника выжига. Просперо с важным видом осмотрел небольшой уголек, что-то побухтел в бороду и важно кивнул. Углежог, довольный похвалой, – сам Просперо не разругал в хвост и гриву, это дорогого стоит, – начал собирать первый мешок. Позже он натянет сеть на раму и будет выдавать фракции угля по размеру, как того требует мастер, а пока пойдет и мелочевка размером с перепелиное яйцо.
Кузнецы разогнали молотки в толстенные лепешки, раскалили их, присыпали каленым речным песочком и мощными ударами тяжелых ручников, приправленными тайным словом от непровара и пережога, сварили воедино. После сформировали узкий боек в две ладони шириной и пять длиной и приварили железные ручки, которые надежно захлестнутся на деревянной ладони дромонта.
Мастера трудились вчетвером у одной наковальни. У другого мастера все бы пошло наперекосяк. Но недаром у Просперо была образцовая кузница. Не зря он выводил бесконечные таблицы и гонял работников до черного пота, поглядывая на ручной хронометр. Под его строгие выкрики четыре взмокших гнома работали как новый, хорошо смазанный самострел. Раскаленная плюха металла только успевала нырять в горн и возвращаться назад, под град тяжелых ударов, на глазах принимая новые очертания.
Мастер щурил глаза – высоко взобравшееся солнце мешало рассмотреть цвет каления. Наконец пришла пора закалки. Для такой массивной заготовки требовалась масса холодной воды. Просперо решил калить прямо в реке. Раскалить побольше, подождать, пока молот для дромонта поостынет до нужного цвета, прямо над водой и тогда опускать в поток. Но дневной свет мешал уловить нужный цвет стали. Гномам кое-как удалось растянуть тенты шатров над водой, связав несколько палаток воедино, закрепив концы за ветви соседних деревьев.
Закончив все приготовления, четверо гномов ухватили длинными клещами массивный «молот», смешным галопом потащили светящуюся желтым и словно покрытую испариной железяку в чрево шатра. Гномы задернули полог, и внутри стало темно. Квадратные фигуры бородатых кузнецов, по колено стоящих в воде, выхватывал мрачный, тусклый свет раскаленного металла. Очень скоро в шатре стало жарко.
– Ждем! Ждем! Рано, рано еще… – бухтел мастер скорее для себя.
Гномы только покряхтывали, стараясь удержать массивную раскаленную болванку подальше от ног.
– Так, готовимся, готовимся… Давай!
