– Мой лорд! Слово чести, я бы с удовольствием поделился всеми доступными мне знаниями, поведал сказания, исполнил баллады, нам есть чем заполнить долгие осенние вечера! Но… всегда ведь есть «но», верно? – эльф печально усмехнулся. – Тан Дэриан подрядил нас на работы. Мы должны вырастить траву для скота. Если по чести, даже не представляю, как тут управиться?! Проклятые гномы выбрали для стройки самые болота! Их скот выел траву на корню!
– Ах, какие пустяки, мой друг! – хитро улыбнулся барон. – Присядем!
Малкольм широким жестом указал на добротный стол, за которым уместилась бы целая дружина.
– Эй! Кто там есть? Вина гостям из моей кладовой, давай бутылочку степного! На крайний случай берег, для большого повода, – похвастался барон, глядя в сторону эльфов. – Да еды давай, и поживее!
Пока слуги, сбиваясь с ног, спешили исполнить приказания господина, Малкольм продолжал:
– Давайте так, я соберу соседей, все же появление эльфов – событие, мягко говоря, нечастое. Знаете, что у нас говорят? Встретить эльфа – к удаче! Похоже, она поселится в моем замке надолго.
Человек лукаво подмигнул эльфу, но тот, видимо, не понял этого жеста.
– Вы, мой дорогой друг, тоже приходите к нам, ведь скоро праздник урожая, – продолжил барон. – Хоть в этих землях его не принято широко отмечать, но почему бы в честь таких гостей не сделать исключение? Исполните ваши песни, расскажете предания. Даже королевский двор не может похвастать такими гостями! А вопрос с кормом для скота мы как-нибудь решим. Завтра же!
– А вы не только мудрый правитель, но и человек широкой души! Это большая редкость в вашем племени, барон! Одним лишь словом вы спасли меня! Позвольте в честь знакомства и за ваш бескорыстный поступок вручить вам маленький подарок.
На руку барона легло небольшое продолговатое семя. На немой вопрос Вальзар ответил:
– Это яблоня, милорд. В ваших краях не растут яблоки, только совсем мелкие и кислые, в пищу практически непригодные, как я уже убедился. Это же специальная эльфийская яблоня. Она вырастет могучей, как степной дуб. Яблоки на ней будут с кулак размером, и такие сладкие, барон, ручаюсь, вы таких никогда не пробовали! Плодами этого дерева насладятся даже ваши правнуки.
Малкольм с благоговением спрятал ценный дар во внутренний нагрудный карман.
– Мой лорд, могу ли я просить вас еще об одной милости?
– Конечно, мой друг! Все, чего пожелаете…
Барон явно попал под чары эльфа.
– Видите ли, дорогой друг, пребывая в родных лесах, я недооценил ни суровость здешнего климата, ни тяжести положения гномов. Проклятые карлики утаили от меня половину правды! Но, как говорят у людей: «Не давши слово – крепись, а давши – держись». Нам не помешала бы пара лошадей. Да кое-какие скобяные товары. Мы в долгу не останемся.
Широкая улыбка осветила лицо эльфа и тут же отразилась на лице человека. Вальзар понял: как говорят смертные, дело в шляпе.
Роскошный обед, наскоро приготовленный слугами барона, эльфы пропустили, сославшись на занятость, от вина (к радости хозяина) тоже отказались. Зато взяли в плотный оборот сенешаля и заставили его изрядно побегать, дабы собрать нужные товары. Кошель с семенами изрядно похудел, но это не слишком волновало эльфа. Все равно для торга с ушлыми смертными предназначался целый мешок. Да и размножить семена у барона не выйдет, эльфы ревностно хранили свои секреты.
Вскоре телега с разнообразным добром, запряженная парой добротных ломовых лошадей, в сопровождении разномастной толпы любопытных горожан тронулась в путь. Кто-то пустил слушок, что угостить эльфа к добру, и суеверный народ норовил впихнуть гостям леса подарочек, кто чем был богат. Кто-то принес каравай, кто жареного гуся, а кто-то и живого. Вальзар не отказывался и охотно принимал все, что протягивали люди, бегущие за бортом телеги. Эльфы широко улыбались и время от времени подмигивали барышням, вгоняя их в густую, пунцовую краску.
Эльф осмотрел страшные волдыри на ногах углежога.
– Я приготовлю мази. Если соблюдать все рекомендации, через пять дней он сможет приступить к работе, – сухо вымолвил немногословный житель Вечного леса, откидывая в сторону тяжелую волну медовых волос.
Наматывающий круги Просперо облегченно вздохнул, присев на скамейку.
– Надеюсь, местным рыбешкам понравилась похлебка из гномов, – едва нашел силы пошутить скривившийся от боли углежог.
– Так понравилась, что они в благодарность кверху брюхом всплыли, – поддержал шутку Просперо.
Обваренный гном закряхтел и закашлялся, изображая смех. Мастер тоже не смог спрятать улыбку в густой бороде.
Ближайшие три дня больной лежал на солнышке на наспех сколоченном топчане подле своей ямы и покрикивал на безработных молотобойцев, приставленных выполнять его работу. Эльф смазал ноги гнома пахучей мазью и перевязал чистой тряпицей, строго-настрого указав углежогу лежать.
