— Мы несколько раз списывались, а также натыкались друг на друга на торжествах, в таком вот духе.
— Были ли вы друзьями?
— Не то чтобы.
— Политическими братьями по духу?
— Мне нравится то, что он отстаивает, и то, как он за это борется.
— И что же он отстаивает, по вашему мнению?
— Трудно свести к нескольким словам. Свободу личности, наверное. Личную суверенность.
— Вы считаете, что свобода — нечто такое, за что надо воевать? В Великобритании, в 2022 году?
— Мерзкий сейчас общий дух. Придирчивый, пуританский. Нам постоянно велят что-нибудь. Не садитесь за руль, не летайте самолетом. Не жалуйтесь, если каждый второй диктор-новостник на телевидении черный, или лесбиянка, или и то и другое. Нельзя быть расистами, нельзя быть сексистами. Мне это не нравится — и не нравится британцам. Не нравится нам, когда нами командуют.
— Командуют? Довольно странно слышать подобную жалобу от наследственного пэра и члена Палаты лордов. Кто же командует, если не подобные вам?
Лорд Ведэрби рассмеялся.
— Помилуйте, инспектор, если вы считаете, что подобные мне в наши дни чем-то заправляют, вы недостаточно внимательны. Консерваторы ныне — самое теснимое меньшинство в стране.
— Уж во всяком случае, партия, которую вы поддерживаете, находится у власти уже более десяти лет, верно?
— К партии это никакого отношения не имеет. Настоящая власть совершенно в других руках. Она у СМИ, у суда, у академии, в ключевых институциях.
— И кто же правит ими, не подскажете?
— Либеральная элита, очевидно.
— Коей Кристофер Сванн был, вероятно, характерным представителем?
— Должен признаться, — небрежно промолвил лорд Ведэрби, — я об этом малом до прошлой недели даже не слышал. И до сих пор мало что о нем знаю. Судя по всему, он выпускал какую-то интернет-газету, где обнародовал свои соображения. Эдакий фантазер, по всеобщему мнению. Похоже, зуб у него на Роджера был уже некоторое время. Приехал сюда создавать неприятности. Что ему, бесспорно, удалось, пусть и не совсем так, как он собирался.
— Разговаривали ли вы с ним напрямую на этой неделе?
— Не упомню такого, нет.
— Это странно, — вмешался ДС Джейкс. — Потому что я уже поговорил со свидетелем, участвовавшим, по его словам, в неформальной экскурсии по гостинице, которую вы вели после обеда во вторник. Верно ли это?
— Возможно.
— А также мне было сказано, что вы
— Да, теперь припоминаю и… Да, кажется, что-то подобное имело место.
— Не вспомните ли, о каком произведении искусства шла речь? — спросила ДИ Эссен.
— Да, вспоминаю — сейчас, в нашем разговоре. — Лорду Ведэрби, судя по его виду, становилось все более не по себе. — Это было изображение корабля, принадлежавшего одному из моих предшественников.
— Пятому графу, насколько я понимаю, — сказал ДС Джейкс, взглянув на бумажку с записью на столе перед собой.
— Верно.
— Это была «Генриетта», не так ли? Печально известное работорговое судно.
— Так предположил мистер Сванн, да. По моему мнению, в этом есть большая доля простой догадки с его стороны.
— Мой свидетель утверждает, что мистер Сванн казался довольно уверенным в своем определении. А также он намекал, что, возможно, пожелает обнародовать что-то на эту тему.
Тут лорду Ведэрби ничего не оставалось, как выкладывать все начистоту.
— Ну да, он действительно сказал что-то в этом роде, и, должен отметить, его настрой показался мне крайне возмутительным. К подобным упрекам в исторической… нечистоплотности моя семья относится очень серьезно. Вам известно, к примеру, что в этом году мы обнаружили в своем ведении предмет аборигенной культуры и приложили много усилий, чтобы как можно быстрее вернуть его тем, кому он по праву принадлежит?
— Разумеется, — сказала ДИ Эссен. — Мы все читали об этом в местных газетах.
— Вот именно, будьте любезны.
— Это был бумеранг, — добавила она. — А поскольку вы не уплатили почтовые расходы в необходимом объеме, он через две недели вернулся прямиком к вам.
Лорда Ведэрби в последние несколько месяцев изрядно вышучивали на эту тему, а потому в ответ он предложил безмолвие и каменное лицо.
— Возвращаясь к теме спорного полотна, — сказал ДС Джейкс. — Мы надеялись взглянуть на него сами, однако нам сообщили, что его убрали из экспозиции.
— Оно нуждается в чистке, — сказал лорд Ведэрби.
— Хм-м. Что ж, похоже, мистер Сванн сделал несколько снимков картины на свой мобильный телефон, но — страннейшее дело — его телефон исчез.
— Правда?
— Да, и это, судя по всему, единственный предмет, который убийца забрал с места преступления.
Пока происходил этот обмен репликами, настроение у лорда Ведэрби менялось существенно, однако он все же сумел сказать, сохраняя беззаботный вид:
— Изрядно вам подбирать не подвязанных концов еще, верно?
ДИ Эссен поднялась и протянула руку.
— Благодарю вас за столь охотное сотрудничество, ваша светлость.
Лорд Ведэрби тоже встал и вяло потряс руку инспектору.
— Совершенно не за что.
— Удачи вам с реконструкцией. Удалось ли заручиться необходимыми средствами?