Таким образом, осознанность применительно к психотерапии – это способность осознавать свои мысли, чувства и ощущения в настоящем моменте без оценки и суждений. Только практикуя осознанность, то есть наблюдая за своими эмоциями, можно двигаться дальше и научиться с ними взаимодействовать.
Попытки повлиять на эмоции в обыденной жизни часто ограничиваются какой-либо манипуляцией. Другой очень распространенный способ взаимодействия с эмоцией – рационализация, то есть стремление воздействовать на нее через некое объяснение типа «чего ты боишься, все мы умрем», если речь идет о страхе, например. Но страха это, понятное дело, не снимает. Или когда мы на кого-то злимся, обижаемся, то говорим себе, что это деструктивно, к людям и к миру надо относиться положительно, помнить о кармическом бумеранге, надо изменить свое отношение. А все равно обидчика, фигурально выражаясь, убить хочется. То есть рациональное обращение с эмоциями, хотя оно очень распространено, реально не позволяет на них повлиять.
Все, кто пробовал воздействовать на свои эмоции через слово или через мысль, как правило, убеждались, что это не работает. Говорить себе или другому «не переживай», «не бойся», «прекрати гневаться», «не вини себя», к сожалению, бесполезно. С другой стороны, из того, что мы разобрали ранее, очевидно, что на эмоции можно влиять через сознание, через слово. Мы все-таки люди и, как существа, опирающиеся преимущественно на знаковые системы, речь и мышление, можем и должны регулировать наши эмоции этим способом. Только следует не угнетать их, не бороться с ними, а
На эмоции в первую очередь влияет разговор о них (но не рационализации, которые мы обсуждали чуть выше). Попробую это объяснить на примере. Когда шла вьетнамо-американская война, по мнению военных историков, огромную роль сыграла деятельность китайских военных инструкторов. Они занимались подготовкой обычных вьетнамских крестьян, которые, как любые крестьяне, были эмоционально не мотивированы на боевые действия, войну, убийства и пр. Инструкторы настраивали их на безжалостную, абсолютно бескомпромиссную резню. Как они это делали? Новоиспеченных солдат разбивали на небольшие группы, примерно по семь человек, и в свободное время инструктор, посадив их кружком, требовал, чтобы каждый из солдат рассказал, какой вред его деревне принесли война и интервенты, что он по этому поводу чувствует и т. д. То есть вынуждал проговаривать эти эмоции. Через некоторое время вчерашние апатичные к войне крестьяне превращались буквально в зверей.
Поэтому эмоции, с одной стороны, сильно зависят от слов, от сознания, с другой – без должного уровня квалификации воздействовать на них очень трудно.
В чем еще состоит сложность работы с эмоциями в современном мире? Вы обязательно столкнетесь с тем, что выражение эмоций в нашем обществе вообще не очень-то принято, у нас фраза «эмоциональный человек» имеет негативную коннотацию. Однако мы должны быть эмоциональны, мы не можем быть другими. Если человек неэмоционален, то он в каком-то смысле сродни биороботу. Когда в культуре эмоциональный человек воспринимается негативно, прежде всего как пример какой-то излишней экспрессии, неадекватности реализации эмоциональной жизни, если в языке это наполнено таким смыслом, о чем это говорит? Об очень низкой эмоциональной культуре в обществе.
И поэтому тему легитимизации эмоций мы начнем издалека. Вы помните, как звучит первый закон Ньютона? Он сформулирован следующим образом: существуют такие системы отсчета, относительно которых тела сохраняют свою скорость неизменной, если на них не действуют другие тела (силы) или действие их скомпенсировано, то есть равно нулю. Философский смысл первого закона Ньютона состоит в том, что
Психотерапия исходит из того, что страдание существует. Что мы несовершенные существа в несовершенном мире, и одно из фундаментальных проявлений этого несовершенства – наличие страдания. Это утверждение кажется банальным, но оно очень важно, потому что многие люди вообще не признают ни несовершенства себя и мира, ни страдания. В том смысле, что страдание не воспринимается ими как легитимная, законная, неотчуждаемая часть бытия, по крайней мере после грехопадения. Но от того, как человек относится к своему страданию, насколько он готов принимать этот факт своей слабости, очень многое зависит.