Самостные структуры поддерживают нашу экзистенциальную навигацию, причем сама система формирует цели ориентирования, для чего она должна проанализировать очень много вещей: возможности самого человека, возможности социума, перспективы. Это очень тонкая работа, то есть где-то в глубинах нашей психики функционирует нечто, о чем можно сказать, что оно больше, чем мы сами. Потому что мы сами – это то, с чем мы себя отождествляем, наша рациональная часть, наш уровень сознавания, привязанный к языку и сознанию, но там, в глубинах, есть нечто более масштабное, проявляющееся в виде эмоций, целей, желаний.
Мы эмпирически очень хорошо понимаем разницу между желаниями, которые берем «из головы» и ничего для их осуществления не делаем или делаем короткое время, и желаниями, которые вдруг всплывают откуда-то и овладевают нами так, что мы идем к их реализации годами, десятилетиями. Вот последние – это и есть продукт самостных структур.
Получается, что и сама по себе деятельность ребенка – это не просто какое-то беспорядочное движение. Наблюдая за активностью своего малыша, иногда родители думают, что она хаотична, но на самом деле это продукт функционирования самостных структур, которые экспериментируют, исследуют возможности, фактически набирают материал, чтобы создать судьбу этого человека. И еще раз повторю: без коммуникации, без обратной связи, без взаимодействия с родителями самостные структуры работать не будут, потому что если им придется исходить только из анализа жизненного опыта тела ребенка и окружающей среды, то этот малыш до половозрелости, скорее всего, не доживет. А если сюда подключать опыт родителя, уже выжившего в этом мире, тогда самостные структуры получают огромную поддержку, они используют уже развитую самость родителя, для того чтобы развивать себя.
Ну а если родитель куда-то надолго ушел, то этот важнейший источник информации для самостных структур исчезает, и тогда они начинают «снижать обороты». Поэтому, когда родитель тем или иным образом перестает поддерживать принимающее взаимодействие, в том числе и корректирующие коммуникации, теряется контакт – снижается и активность ребенка.
Аналогично, когда внутренний Родитель хронически не принимает Ребенка, у человека падает способность к деятельности и появляется латентная депрессия. То есть внешне он кажется вялым, постоянно грустным, никогда ничем не горит. А внутри у него самостные структуры, которые не могут опираться на Родителя, плохо формируют желания, цели, иногда даже самые простые, не говоря уже о сложных. В детстве он не способен развиваться, начинает отставать от сверстников, что лишь подстегивает внутреннего Родителя разорвать этот контакт на еще более глубоком уровне. И человек все больше погружается в это состояние, увязает в нем.
Учитывая, что у нас эмоционально зрелых, принимающих родителей днем с огнем не сыщешь, по идее, вообще все вокруг должны пребывать в депрессии. Но есть компенсаторное образование, которое позволяет сформировать более удачливую, более действительную личность и отождествиться с ней на время. Это уже не раз упомянутая нами
В свете проблемы депрессии меня всегда очень интересовал вопрос: почему многие люди буквально не способны что-то делать? Оказывается, им не хватает энергии разблокированных эмоций. Бесполезно обосновывать необходимость каких-либо действий, поступков, это ничего не дает. К поступкам, к действиям нас подвигают эмоции, а вовсе не мысли.
Крайней формой апатии может быть очень сильная уплощенность эмоциональной жизни – человек безэмоционален настолько, что оказывается деятельностно парализованным. При этом он производит очень интересное впечатление. Такой человек часто характеризует себя как ничего не чувствующего и живущего разумом. При этом разум, как правило, упирается в реализацию какого-нибудь небольшого функционала, например игры на бирже. В такую игру человек играет абсолютно неэмоционально, а очень расчетливо. Сам он при этом живет с потухшими стеклянными глазами, потому что они ничего не выражают. Фактически его жизнь замыкается между диваном и, к примеру, компьютером. Он ничего не чувствует и, кстати говоря, не ощущает и дефицита эмоций.