– Это та женщина, Уотсон! Должно быть, это она! Я шел по ложному следу, думая, что она – наша связь с убийцей, в то время как она сама и была убийцей!
Обыскав карманы жертвы, мы обнаружили знакомую фотографию, и настроение Холмса тут же изменилось. Преисполненный энергией, он исчез, чтобы спустя несколько часов вернуться с победой.
– Она – его дочь, Уотсон!
Я оглянулся на голос и увидел, как в нашу гостиную входит крепкий портовый грузчик.
– Холмс?
Холмс (конечно, это был он) снял усы и сел.
– Эту женщину зовут Элизабет Кархилл, она дочь нашего знакомого брачного посредника. И убийца.
– Но, Холмс, как вы можете быть в этом уверены? Зачем ей убивать клиентов своего отца?
– Все наши жертвы интересовались ею, и все были убиты на первой же встрече с ней. Жертва номер один – Мясник из Патни. Он ничего не заподозрил. Будучи сам убийцей, он был способен постоять за себя, но его будущая невеста узнала о его прошлом и решила, что ее долг – заставить его заплатить за содеянное. Жертва номер два – Бенсон Форбс. О нем Кархилл узнала, что он уже женат, и пожелала отомстить за обман.
– А извозчик? Зачем было убивать его?
Холмс пожал плечами:
– Может, захотелось острых ощущений? Или ради особого удовольствия от убийства невинного? От ощущения своей власти? Кто же может сказать наверняка? Едва ли сама убийца знает ответ на этот вопрос.
– К тому же, – не унимался я, – как она вообще могла их убить? Каждый из этих мужчин по меньшей мере шести футов ростом, а чтобы умертвить таких верзил с помощью мелких камней, требуется не меньше двадцати минут. За это время они легко могли справиться с ней.
Холмс рассмеялся:
– О, это было умно! Замысел, достойный гения! Она приезжала на встречи заранее, подсыпала им в питье наркотическое вещество и перевозила их в другое место, где и убивала. Зачем ей вообще понадобились камни, я ума не приложу.
Мы все еще были погружены в раздумья, когда в дверях снова появился Лестрейд:
– Холмс, если вы готовы, то мы можем ехать на арест.
– Кого вы будете арестовывать?
– Как кого? Элизабет Кархилл, разумеется.
– Ее одну?
– Да…
Холмс вскочил на ноги:
– Нет! Вы должны арестовать и ее отца.
Лицо Лестрейда вытянулось. Холмс же, беря в руки пальто и направляясь к выходу, продолжал объяснения:
– Элизабет Кархилл непосредственно совершала убийства, но она не единственная преступница. В столе мистера Кархилла я нашел исчерпывающие доказательства его участия в этом деле. Там лежат адресованные ему письма, в которых идет обсуждение стоимости убийства любого человека, в которых исполнителем выступала его дочь. Уотсон, поторопитесь!
– Но Холмс, – взмолился Лестрейд, – кто же был заказчиком этих убийств?
Холмс остановился:
– Его имя Мориарти.
– Кто это?
– Именно это я и собираюсь выяснить.
Джон Уотсон знал, что скоро умрет.
Укрытый плотными низкими облаками, как пледом, Лондон казался ему непривычно тихим: обычные звуки города были приглушены. Стоявший перед Джоном мужчина с пистолетом в вытянутой руке целился ему прямо в грудь. Палец на курке стал медленно сгибаться.
Внезапно пошел дождь. Казалось, сами небеса тихо плакали из-за неотвратимости того, что должно было произойти. От дождя крыша, где ожидал смерти Уотсон, потемнела.
Ему уже приходилось смотреть в дуло направленного на него оружия, как и ощущать холод проникающей в тело стали. Тогда, в тот раз, который врачи называли не иначе как «чудо Афганистана», случись пуле пройти хоть немного левее, Джон умер бы раньше, чем услышал выстрел, который его убил.
Но он не умер. То ли снайпер ошибся в расчетах, то ли кто-то там, наверху, замолвил за него словечко, однако Джон Уотсон не только выжил после ранения, но успешно восстановился и был с почестями уволен из действующей армии.
Тогда он и познакомился с Шерлоком Холмсом.
Сложно было описать мысли и впечатления Джона после первой встречи с этим странным, замкнутым, но умнейшим человеком. С той самой первой встречи он ощутил возникшую между ними связь, как будто он наконец нашел свое место в жизни.
