– Микел слишком много болтает. А мне нужна тишина, – ответил Костис, доставая книгу Эогена Лурье. Эйден улыбнулся, увидев знакомую обложку, и, кивнув, вернулся к мешку. Однако остальные тоже со временем подтянулись к ним. Микел уселся напротив, используя в качестве стула перевернутый ящик из черного просоленного дерева. Фран, улегшись на канаты, сразу же засопел. До полуночи никто из мужчин не произнес ни слова, предпочитая им собственные мысли. Только Микел, увидев в лунном свете, четыре дрожащие фигуры в истлевших мантиях, поморщился и рявкнул:
– Пошли прочь!
Кошмары с тихим воем растворились в воздухе и больше никому не докучали.
Утром «Черная чайка» вошла в порт Лараха. Вошла гордо и величаво, не обращая внимания на людей, смотрящих на корабль с суеверным ужасом. Первым на пирс ступил Эйден. Он закинул мешок за спину и мрачно посмотрел на плешивого старика, у которого на груди висела полинялая синяя сумка. Сборщик податей пробормотал под нос охранную молитву Хитрой четверке и поспешил отойти в сторону. Но это не избавило Эйдена от косых взглядов. На четырех мужчин в белых масках сейчас смотрел каждый в порту.
Мужчины прошли вперед и обернулись лишь раз. Чтобы бросить прощальный взгляд на «Черную чайку». Корабль, как только Белые маски покинули борт, сразу же отчалил.
Эйден и остальные, не сговариваясь, двинулись в сторону центра города, где на площади, носящей имя императора Монтона, располагался банк империи. Идти им пришлось недолго. Несмотря на утро, город давно проснулся и погрузился в привычную шумную суету. Однако люди, увидев Белых масок, тут же уходили в сторону, освобождая им дорогу.
– Сушеные обезьяни мошонки из самого Гастана!
– Сладости, от которых слипнется жопа у самых отъявленных сладкоежек.
– Сыграй в три скорлупки и озолотись!
– Шелка и ткани. Шелка и ткани.
– Мечи, арбалеты, стрелы. Мастер Шоловий гарантирует качество!
Площадь бурлила и кричала. Сотни различных диалектов сплелись в один жуткий и неритмичный гул. В воздухе воняло бобовой кашей, ослиной мочой, дорогими винами и редкими специями. От запахов кружилась голова и чесался нос. Но мужчины в белых масках быстро пересекли площадь и подошли к трехэтажному каменному зданию, в котором находился имперский банк.
Здесь, в отличие от улиц, на них никто не смотрел косо. Тонкий в кости молодой юноша с лисьим лицом молча принял у мужчин метки Тоса и через несколько мгновений положил перед каждым звенящий мешочек. Эйден открыл свой и удовлетворенно хмыкнул, увидев внутри серебрянные и золотые монеты.
– Все по курсу, – улыбнулся юноша, ничуть не смущаясь посетителей в белых масках. Он изучил их лица и тихо добавил. – Вы впервые в нашем банке, господа?
– Впервые, – ответил Микел.
– В таком случае, рад вам сообщить, что представительства нашего банка с удовольствием помогут вам обменять метки на наличность почти в любой точке империи. За скромную комиссию вы так же сможете пополнить припасы и заказать особые инструменты, потребные для вашего дела.
– И как найти ваши представительства? – ехидно спросил Фран.
– На главной площади самого крупного города провинции. Ищите знак в виде зеленого клевера, точно такой же, как над входом в это здание.
– Благодарю, – кивнул Эйден, ответив за всех. Он засунул полученные деньги в мешок и, закинув его за спину, направился к выходу.
После банка четверка мужчин в белых масках вновь пересекла площадь и вошла в первый попавшийся трактир. Хозяин, краснолицый эмпеец с густой рыжей бородой, открыл рот, увидев, кто вошел и, гаркнув на служанку, велел ей освободить стол в эркере.
– Что уважаемые желают? Есть тушеная рыба и вареная оленина. Бобовая каша и картоха с грибами…
– Мы не есть пришли. Четыре кружки эля, – перебил его Эйден. Хозяин кивнул и, поклонившись, укатился за требуемым. Когда на столе появились четыре глиняных кружки с элем, мужчины подняли их, пролив немного на занозистый стол.
– За Адана, – глухо сказал Микел.
– За Тарама, – кивнул Костис.
– За Клеча, – добавил Фран.
– За Кадира, – вздохнул Эйден и сделал глоток. Эль был кисловатым и теплым, но на это никто не обратил внимания. Осушив кружки, мужчины синхронно вздохнули.
– Двину в Эмпею, – нарушил молчание Фран. – Нужно вернуть пару долгов.
– Как и каждому из нас, – улыбнулся Микел, но улыбка вышла неживой и натужной. Он задумчиво провел пальцем по ободку кружки. – Меня ждут дела здесь, в Эрении. А потом отправлюсь в Алию, если не будет подходящего контракта.
– Я тоже поеду в Алию. Мать будет рада увидеть меня, – кивнул Костис и в его глазах блеснула злоба. Он повернулся к молчащему Эйдену и спросил. – А ты, Эйд?
– Мне хочется посетить цирк, – коротко ответил тот. – Но сначала надо в Ларахе задержаться, и кое-что узнать.
– Кто знает, увидимся мы еще раз или нет, – задумчиво протянул Микел и поднялся из-за стола. Остальные тоже встали. – Пусть Владыка сбережет вас.
