– Ты должен был следить, чтобы никто не погиб. Мы на тебя надеялись. Ты виноват, ты! – вопил Йорден так, что закладывало уши.
Но ведь слуга даже не был Сумеречником, битвы с демонами – не его забота. Да и в Кодексе, который наставники вдалбливали в головы всем высокородным так, что его спросонок можно было процитировать, говорилось: «Помогай во время битвы другим, но полагайся исключительно на себя». Впрочем, слуга вполне мог защитить и Дражена, и его раненого товарища, только предпочел поговорить с Лайсве. Почему он из кожи вон лез ради чужой невесты?
– Не кричите, он уснул, – укорила Йордена целительница, выглянув из-за ширмы. – Потерял много крови, но если удастся избежать заражения, то жить будет. Кто следующий, вы? – Она покосилась на пропитавшуюся кровью одежду слуги.
Как он на ногах-то держался?
– Я не стану за него платить! – презрительно бросил Йорден. – Пускай подыхает под забором, как собака. Он только этого и заслуживает.
Женщина уперла руки в бока.
– Я не могу оставить раненых без помощи. Если нарушу священную клятву целителей, боги отнимут дар и у меня, и у моих детей. Я готова лечить вас бесплатно.
– Не стоит беспокоиться, добрая госпожа, на мне и заживает как на собаке, – слуга улыбнулся, будто извиняясь за глупость Йордена.
Как унизительно!
Вейас поморщился и выпалил:
– Подлатайте его, я заплачу.
Женщина увела слугу за ширму. Йорден тем временем буравил затылок Вейаса негодующим взглядом. Вскоре слуга вернулся с перевязанными белой материей плечом и головой. Целительница вручила ему туесок с мазью и какие-то травы. Затем обернулась к ожидающим.
– Второму придется задержаться тут на пару недель, прежде чем встанет на ноги.
Звучало разумно. Да и судя по тому, насколько лучше выглядел слуга, с обязанностями она справилась достойно. Вейас отсчитал установленную орденом пошлину за лечение одного раненого, накинул еще пару медек и со словами благодарности вложил в раскрытую ладонь целительницы.
– А я платить не буду. Раз долг-клятва, пускай все за так делает, – Йорден сложил руки на груди.
Губы женщины сжались в тонкую полосу. В ней не было подобострастия простолюдинов, она знала орден изнутри, не боялась и не восхищалась, смотрела разочарованно и бессильно. Теперь стало ясно, что значил ее безрадостный вздох во время приветствия.
– Ну чего? – выкрикнул Йорден в ответ на тяжелые взгляды. – Плевать, что у нее дети малые голодными останутся. Нечего было голытьбу рожать!
А ведь он так же обирал и обманывал селян. Сестра, наверное, видела его таким же мерзким и жадным, каким был Йорден сейчас. Вейас полез в кошель дрожащими руками. За двоих обычно дешевле обходилось, но… плевать!
Он обсчитался и, кажется, не в свою пользу. Мало, очень мало осталось монет, но нет… Если такими крохами можно откупиться за то, что он творил раньше, то пусть хоть все заберут. Он не станет таким, как Йорден. Никогда.
Целительница не взяла ни одной лишней монеты и, осенив гостей знамением божественной воли, сопроводила на улицу.
– Добрые духи вам в помощь, – бросила она с порога и ушла заниматься домашними делами.
– А мне кто возместит потерю Дражена? – возмущался Йорден по дороге на постоялый двор. – Он стоил десять золотых, не меньше!
Вейас заскрежетал зубами от омерзения. Десять золотых за «лучшего друга»? Да чтоб этого болвана демоны разодрали! Будь у него такие деньги, он бы швырнул их Йордену прямо в лицо.
До «Гусака» добрались уже глубокой ночью. Хозяин, заспанный, в пожелтевшей от старости рубахе и несуразном красном колпаке, понося их забористой бранью, отпер лишь через десять минут. Не обращая на него внимания, они поднялись в комнату ищеек.
– Чего встал? Быстрее вещи собирай. Не хочу больше ни часа задерживаться в этой дыре! – с порога понукал слугу Йорден.
– А как же твой раненый товарищ и моя сестра? Как же твой друг Дражен? Неужели ты не хочешь отомстить? – Вейас удивленно моргнул, глядя на него. – А весь город? Если не остановим Странников сейчас, к приезду другого отряда здесь камня на камне не останется.
Йорден презрительно скривился.
– Что Дражену дела живых, когда он на Тихом берегу? А я хочу остаться на этом. Город вымрет рано или поздно – ничего в таком гиблом месте не приживется. А уж до сумасшедшей потаскушки, соблазнившейся на вшивого демона, мне и вовсе дела нет.
Вейас сжал руку в кулак, собираясь расквасить его самодовольную рожу. Но слуга опередил его.
От удара по лицу Йорден полетел на пол, взмахнув руками.
– Ты чего? Ты не должен! Я все отцу расскажу. Можешь распрощаться с местом в ордене навсегда! – проскулил Йорден, сплевывая кровь с разбитых губ.
– Как будто мне оно когда-то светило, – безразлично отмахнулся слуга. – Я хочу защищать людей и убивать демонов, а не прислуживать трусам и подлецам. Ваша невеста не виновата в том, что к ней привязался Странник – на ее месте могла оказаться любая. А в смерти Дражена, если уж на то пошло, виноваты те, кто не научил его сражаться и помнить, что сегодня ты охотник, а завтра жертва. Это сказано в вашем красивом и благородном Кодексе, который, как оказалось, лишь пустые слова.
