– Что же нам делать? – забеспокоилась Лайсве. – Если вэса нельзя ни убить, ни даже найти, получается, весь путь мы проделали напрасно.
– Ничто из посланного нам судьбой не напрасно, – таинственно заметил Хорхор. – Ваш путь до Нордхейма лежит через Заледенелое море – день, при плохой погоде два. Морозы крепкие стоят, лед толстый – не провалитесь. Потом по ледяной пустыне еще дней пять следуя за Северной звездой к древнему лабиринту. Туаты знают дорогу – покажут. Там вас уже ждут.
– Кто? – нахмурилась она.
– Тот, кого ты искала, конечно, – ответил шаман. – Скажи ему, что час настал. Враги уже у ворот. Полумерами не обойтись, он обязан сделать ход, каким бы невообразимо трудным тот ни оказался.
– А если он не послушает?
Разве можно убедить бога, когда она сама – не уверенная ни в чем девушка?
– Растопи его ледяное сердце, верни веру в себя и людей, заставь вспомнить, каким он был и за что сражался. Он должен пробудится.
Вместе с Лайсве проснулись туаты, посвежевшие и отдохнувшие. Она не знала, сколько времени прошло с тех пор, как прикорнула у очага рядом с Хорхором, – настолько крепким и безмятежным был сон. Туаты зашевелились, пораженно оглядываясь по сторонам. Зашелестел неразборчиво шепот. Хорхор подошел к Асгриму и протянул руку, тот поднялся и обнял шамана, как старого друга. Остальные тут же расслабились.
– Как поживает твоя королева-жена? – поинтересовался Хорхор, лукаво улыбаясь.
– Снова бежишь впереди саней. Мы не женаты, – Асгрим покачал головой и засмеялся.
– Но все к этому идет? В прошлом году ты был серее камней на склонах Полночьгорья, а теперь светишься от счастья.
Асгрим неопределенно повел плечами и подмигнул.
– Скажи, у нас будут дети? Мальчик или девочка? С девочками трудно, король Ниам все жаловался, поэтому хочу мальчика. Научу его охотиться и сражаться. Он станет сильным воином.
Теперь захохотал Хорхор.
– Как пожелает ваш новый покровитель, так и будет. Могу пообещать одно: трудно будет в любом случае. С детьми легко не бывает.
– Откуда тебе знать? У тебя их нет.
– Может, будут.
– Одиночество лишило тебя разума. Тебе, должно быть, лет сто. Люди столько не живут. Куда тебе дети?
– Кто знает, – беззлобно отозвался шаман.
Милый старик, ничем его не обидишь. Они с Асгримом еще долго болтали в сторонке, пока Лайсве обнимала проснувшегося последним Вейаса.
– Тише! Задушишь! – шутливо отбивался он.
– Я так перепугалась! – она не хотела его отпускать. Никогда!
– А я-то как перепугался! Как будто заплутал в пустоши. Там ничего было. Ничего не видно, кроме серости. Я начинал забывать: об испытании, о доме, даже о тебе. А потом услышал твой смех. Ты танцевала в белом зареве, так грациозно и красиво, что у меня перехватило дух от восхищения. Я побежал за тобой, и ты вывела меня из сумрака, – он поднял на Лайсве глаза и осекся. – Я говорю ерунду, да? Это все от глупого сна. Пройдет.
– Пройдет, – она закружилась на месте, показывая самые простые движения своего танца. Брат улыбался, печально и искренне. – Нравится? Хочешь, как вернемся, покажу тебе весь танец?
Вейас кивнул и притянул ее к себе.
– Ты знаешь, что ты самая лучшая?
– Даже лучше служанок, селянок и принцесс-ворожей?
– В тысячу раз!
Они смеялись, прижимаясь друг к другу. Лайсве хотелось, чтобы так оставалось и дальше: они вместе, впереди тяжелая дорога, – но они молоды, полны сил и смогут все преодолеть. Ничто не сможет их разлучить.
Ей спину сверлил мрачный взгляд. Лайсве обернулась и увидела, как Микаш передернул плечами и отвернулся. Она тяжело вздохнула и отстранилась от брата.
После завтрака они засобирались в дорогу. Туаты укладывали тюки и обсуждали предстоящий путь. Хорхор поделился запасами еды, шкур и согревающих напитков, даже всучил пару оленей со словами: «Пригодятся, чтобы демона приманить. А мне самому так много не надо».
Жаль, что нужно было уезжать так скоро. Он снова будет тосковать и сходить с ума в одиночестве.
– Не переживай. Мы еще увидимся. Главное передай ему мои слова, – шаман похлопал Лайсве по плечу и отправился на улицу посмотреть, как туаты седлают и навьючивают ненниров.
Близнецы покинули ледяной дом и подошли к загонам. Лайсве уперлась ногами в землю и затянула потуже подпругу на седле Кассочки. Кобыла прижала уши и покосилась на нее лиловым глазом. Лайсве почесала ей шею, успокаивая. Все пытались предложить ей помощь даже с тем, с чем она справлялась сама. Вот только зачем? Лайсве выправила стремена и полезла на лошадь. На талию легли крепкие руки, поддерживая. Уже в седле она обернулась.
– Ты забыла, – Хорхор вручил ей костяное ожерелье. – Если что, зови. Думаю, это и есть моя последняя цель.
Лайсве сняла рукавицу и сжала его ладонь. Приятно знать, что кто-то беспокоится о тебе, пускай и такой странный.
– Спасибо вам за все.
