– Я не могу. Ты расстроишься еще больше, – он освободился и попятился от нее. Его могучая фигура заслонила собой дверь.
Лайсве бросилась на него, пытаясь оттолкнуть с пути. Микаш обхватил ее и встряхнул, пеленая мысленитями. Она обрывала их, извивалась, всеми силами старалась высвободиться, но у нее ничего не выходило.
– Пусти! Пусти, я должна ехать! Брат… – она колотила его в грудь кулаками. Почему он не понимает? Почему не чувствует, какая мука ее терзает? Лайсве укусила его за локоть, но даже привкус крови во рту не остановил бушующей внутри ярости. – Отпусти!
Микаш стискивал ладони на ее спине все крепче. Холодный, неприступный истукан.
Хлопнула дверь, донеслись шаги, возгласы. Четыре руки стянули ее с Микаша. Теперь точно никуда не пустят. Все были против нее.
– Ненавижу! Присосался, как пиявка! Все соки из нас выпил! – кричала Лайсве, вырываясь из последних сил, но все было без толку. – Убирайся! Живи сам. Своим умом. Никому ты не нужен! Ты зло! Моя мечта – чтобы ты сдох. Почему ты еще здесь?
– Выйди, – перекричала ее Эйтайни.
– Нет, – прохрипел Микаш.
– Выйди, иначе она себя изведет!
Он исчез, но Лайсве ни на каплю не успокоилась. Это был конец. Она никогда не оставалась одна, не представляла жизни без брата. Казалось, будто половину отрезали по живому. Кровоточит. Болит. Даже вздохнуть не выходит.
– Пустите! Я поеду за Вейасом! – она дернулась в последний раз и обмякла.
В раскаленном мареве показалось встревоженное лицо Асгрима. Он уложил Лайсве на лавку и ласково погладил по волосам. Под руку попалась плошка, и Лайсве запустила ею в него. Он с трудом увернулся и выскочил из зала. Она помчалась следом, чтобы выцарапать ему глаза, но дверь оказалась заперта. Лайсве лупила по ней кулаками, орала. Ломала ногти, сбивала костяшки в кровь, пока последние силы не оставили ее. Она повалилась на пол, всхлипывая, отупев.
Дверь отворилась. Ее подхватили на руки, снова отнесли на лавку и поднесли к губам чашку, но пить не хотелось. Она стиснула зубы, зажмурила глаза.
Отстали. Ушли.
Ее пробил озноб. С Веем снова что-то сделали: Эйтайни, Асгрим, Микаш. Они все были в сговоре! Лайсве должна вызволить брата, как он вызволил ее из плена Странника, должна придумать способ вывести заговорщиков на чистую воду.
Лайсве собралась с силами и села. Когда служанка принесла еду, она послушно положила в рот кусок мяса, сверкая добродушной улыбкой. Туата ответила тем же и подошла ближе. Лайсве тогда схватила поднос и обрушила ей на голову. Служанка упала без чувств.
Лайсве выскочила в прикрытую дверь и помчалась к потаенному водопаду. Со всех сторон за ней бежали стражники. Она петляла по коридорам, пытаясь их запутать.
Погоня отстала. Показался струящийся изумрудный каскад. Лайсве заскочила под него сбоку и помчалась дальше. Аура брата звала ее, такая родная и светлая, горела впереди путеводной звездой.
Галерея закончилась подземными казематами, пустыми, и только в последней клетке на полу лежало тело.
– Лайсве, – тихо позвал Вейас.
– Я здесь!
Лайсве дернула за решетку, но та оказалась заперта. Затем схватила факел и принялась искать ключ. Кто-то дотронулся до ее плеча, и Лайсве обернулась. Позади нее стоял Микаш с печальной улыбкой.
– Помоги, туаты нас предали! – попросила она.
– Помогу, – он достал из-за пазухи большой ажурный ключ, отпер замок и вошел внутрь.
– Лайсве! – испуганно выкрикнул Вейас.
Микаш обнажил меч и проткнул грудь брата с левой стороны.
Убил! Он убил Вея!
Микаш рассмеялся и посмотрел на нее жуткими разноцветными глазами.
– Ты моя! Больше нам никто не помешает! – закричал он, превращаясь в темного суженого. Возле его ног уже лежал не Вейас, а Огненный зверь, поверженный, растерзанный Мраком. Пламя опадало с его шкуры. Он умирал.
– Не-е-ет! – Лайсве бросилась на мерзкую тварь, но та обхватила ее руками, обездвижила и поцеловала в губы, вливая Мрак.
Она очнулась посреди гостевого зала.
Все обошлось? Ее отпустили?
Дверь была не заперта. Лайсве прихватила меч и снова побежала в темницу.
– Вейас! – со входа позвала она.
– Лайсве! – крикнул брат с дальнего конца.
Жив! Она замахнулась мечом по замку клетки, высекая искры, но тот не поддавался, видно, был заговорен на прочность.
Из коридора послышались шаги. Лайсве стукнула по замку еще сильнее. Ну же! Хоть чуточку!
– Помочь? – зашептал в ухо вкрадчивый голос Микаша. Нет, суженого. Перехватив ее руки, он отвел меч в сторону, открыл замок и подтолкнул внутрь. Лайсве пыталась вырываться, но все безуспешно. Микаш подвел ее ближе к брату и приставил меч к его груди.
– Убей его, и мы всегда будем вместе. Я буду вечно любить тебя, никогда не предам и не взгляну на других женщин, помимо тебя. Разве ты не этого хотела? – уговаривал ее суженый.
Вейас, избитый и ослабший, тянул к ней руки.
– Лайсве.
– Он предал тебя, бросил. Убей его, освободись от вашей связи и от проклятья Сумеречников разом. Тогда настанет новый светлый мир – мир лучшего, более справедливого бога. Мы будем в нем повелителями и вершителями судеб, в нашей власти – карать и миловать, одаривать и низвергать.
