Зажиточная Кундия осталась за спиной, а впереди лесистыми горными плато раскинулась дикая Лапия. Королевской династии, которая управляла бы всеми подвластными землями, здесь не имелось. Каждый город избирал правителя, и если бургомистр не справлялся с обязанностями, то просто назначали нового. Друг от друга города не зависели и даже соревновались с соседями в зажиточности и благополучии.
Лайсве уговорила Вея не обманывать простолюдинов, а охотиться на демонов по-настоящему. Не на варгов и им подобных, конечно, а на кого-то поменьше, чтобы набраться опыта перед встречей с вэсом. Ведь неизвестно, какой мощью он обладал. Надо быть во всеоружии.
Не подходе к Вижборгу у близнецов появился попутчик. Лайсве нарекла его Свинтусом. Он был похож на мохнатого кабанчика с лысой головой младенца. Сперва они сочли его очередным демоном. Он настырно крутился возле ног, жалостно выл и повизгивал, но когда Вейас в сердцах схватился за меч, то тут же исчез – чтобы появиться на другом краю поляны и продолжить безобразничать.
После бессонной ночи близнецы поняли, что он куда-то зовет их. Похватав оружие, они последовали за Свинтусом. Тот помчался в чащу и долго петлял, пока не вышел на поросший багульником край болота. Опять что-то завыло – сипло, жутко, но это был вовсе не Свинтус.
– Смотри, там ребенок. – Лайсве указала на покрытую клюквой кочку, посреди которой лежал орущий сверток. – Надо его достать!
Вейас неохотно подхватил с земли длинную палку и, проверяя зыбкую почву, добрался до малыша. Тот уже сипел на последнем издыхании. Вместе с ребенком на руках удерживать равновесие стало тяжелее: Вейас несколько раз поскользнулся, едва не угодив в трясину. Возле края болота он все-таки съехал по мокрому мху в зеленую лужу. Бранясь последними словами, Вейас вручил ребенка сестре. Малыш захлебывался хрипами. Лайсве принялась его качать, напевая нянюшкину колыбельную, но успокаиваться он не собирался.
– Ну и воняет от него! – возмутился брат, выливая из сапог воду.
– Его надо выкупать и укутать в чистое. – Она развернула грязные тряпки. Кожа под ними воспалилась. – Неудивительно, что он так плачет.
– Он плачет, потому что есть хочет. И не смей изводить нашу одежду на пеленки! – прикрикнул Вейас, обуваясь.
Пеленок ему жалко! А если кроха заболеет? Дети в этом возрасте были очень хрупкими.
– Только не воркуй над ним. Противно!
Попытавшись сделать шаг, Вейас чуть не кувырнулся через Свинтуса, который нарезал вокруг них круги и счастливо хрюкал. Брат снова заковыристо выругался.
Лайсве едва сдержала смешок и посмотрела на ребенка. Его глаза сделались желтыми, а круглый зрачок превратился в тонкую вертикальную полоску. Демон?
Она зажмурилась, просматривая ауру. Обычная, человеческая, и только верхний слой переливался тусклым зеленовато-коричневым оттенком. Так ребенок ведь из одаренных! Какой бездушный лиходей бросил его умирать посреди болота?
– Вей, это оборотень. Похоже, не зря Свинтус нас сюда привел.
Демон громко хрюкнул, подтверждая ее слова.
– Змееныш, я заметил, – брат кивнул и раздраженно добавил: – Идем! Нужно побыстрее от него избавиться, а то я рехнусь от этого воя.
Вскоре близнецы въехали на главную площадь Вижборга. Ясное небо пронзал шпиль на крыше ратуши – единственного здесь здания из кирпича. Впереди, лавируя между прохожими и редкими всадниками, мчал Свинтус. Удивительное создание! На коротких толстых ножках он обгонял бегущих рысцой лошадей и указывал путь. Никто не обращал на него внимания, словно не видели вовсе. Впрочем, обычные люди редко замечали демонов, пока не сталкивались с ними нос к носу, а после быстро забывали – так действовали демонические чары.
Свинтус взлетел на высокий порог ратуши и постучал передними копытами в массивную дверь, окованную по краям железом.
– Кого нелегкая принесла? – сварливый возглас перекрыл тяжелую шаркающую поступь.
Близнецы поспешили вперед.
Дверь медленно отворилась, и на пороге показался высокий мужчина, держа под мышками костыли. Лет под сорок, припорошенные сединой огненно-рыжие волосы длинными прядями закрывали левую часть лица, обезображенную глубокими шрамами. Сбоку было заметно, что веки у него рассечены поперек и прячут пустую глазницу.
– Так и будем таращиться на Хромого Лиса или уже скажем, зачем пожаловали? – он оглядел близнецов единственным мутновато-янтарным глазом.
Лайсве смущенно потупилась, а Вей достал из-за пазухи гербовую подвеску.
– У нас дело к бургомистру.
Не выказывая почтения, Лис потянул подвеску на себя и едва не свернул брату шею.
– Опять высокий род? За что Повелитель Зверей так невзлюбил наш город? – тяжело вздохнув, Лис отпустил подвеску вместе с Вейасом. – Денег не дам, ваши предшественники и так магистрат как липку ободрали. Можете жаловаться в орден, но так им и передайте: пока Хромой Лис здесь бургомистр, бесчинств в городе не будет!
Лайсве присмотрелась. Аура этого странного человека сияла зеленовато-коричневыми огнями оборотнического дара, а заостренными чертами лица и ехидным выражением глаза он походил на лисицу.
