Наконец, когда после стульев выставили два ряда бордовых кресел, начальство ушло.
Первой бухнулась на стул Андриана Витальевна.
– Осторожно, не сдвинь его! – пошутил Сашка и тоже шлёпнулся на стул.
Володя Миронов сел осторожно, словно и в самом деле боялся сдвинуть стул. У него болела спина, а ещё в последнее время появилась какая-то болезнь типа астмы – он начинал задыхаться, если долго находился в помещении с плохой вентиляцией.
Не садился только Сан Саныч, он всё так и стоял у окна, как статуя.
– Да сними ты куртку, Саша! – не выдержала Андриана Витальевна и крикнула на него.
Сан Саныч очнулся, покорно снял куртку, казалось, отяжелевшую от пота. Пиджак спецовки тоже был мокрый, даже на рукавах. Сан Саныч не сразу решился сесть, боясь, что его пот впитается в обшивку стула, но потом сел.
– Ну, как банька?! – весело спросила у Сан Саныча Андриана Витальевна. – С парилкой?! – и пригладила свои мокрые волосы на лбу.
Сан Саныч кивнул. У него вдруг что-то отлегло внутри, и стало хорошо. На радостях он облокотился на спинку стула, забыв, что пиджак спецовки такой мокрый, хоть выжимай.
Они сидели, отдыхали и не знали, что в углу над сценой включена маленькая видеокамера. Охранники уже давно забросили свои дела и с хохотом следили за перемещением стульев-пятнашек. Теперь, правда, весёлое кончилось, но охранники всё ждали.
Сверху в этом пустом зале дворники со своей начальницей выглядели какими-то совсем маленькими. Они сидели на стульях ближе к окну в рядок и смотрели на пустую сцену, словно там фильм показывали. Теперь направление шествия кресел поменялось: они шли вперёд, к сцене, а не назад. Сначала чёрные стулья, авангард. На них даже ехало несколько седоков. За стульями, где-то толпясь, где-то рядами, вышагивали бордовые кресла. У стены они ползли друг на друга, видимо, выбираясь из какой-то ямы и нацеливаясь на сцену, где располагался президиум – несколько чёрных стульев, усевшихся за столы.
– Ну всё, кина не будет, – сказал один из охранников и переключил экран на другую камеру.
Дворники ещё долго сидели и смотрели перед собой – отдыхали. Андриана Витальевна наконец оглянулась назад, оценивая предстоящую работу, и сказала:
– Вы извините, мужики, что так получилось. Но всяко бывает.
– Ничего, бывает, – тут же нашёлся Сашка.
– Практиканты должны прийти. Где-то потерялись. – Она посмотрела на свои ручные часы. – К девяти приходят, а сейчас без двадцати десять. Пойду искать.
Напоследок зачем-то крикнула грубо:
– Перекур пять минут!
«Пять минут» у Андрианы – и десять, и двадцать, и час – пока не позовут.
Как только она вышла, Сашка побежал к сцене:
– Давно хотел в президиуме посидеть!
Но на сцену подниматься не стал. Захлопнул входную дверь и сразу к окну:
– Перекур есть перекур.
Он открыл большие створки деревянных рам. Сам сел к шторе, так, чтоб его не было видно с улицы, и закурил. Володя Миронов в который раз удивился Сашкиной живости и энергии. Володя бросал курить, правда, сейчас очень хотелось, но он боялся в форточку. Ещё боялся, что его продует, поэтому пересел подальше. Сан Саныч, наоборот, радовался свежему воздуху, сидел и пялился на сцену. Три раза с этой сцены ему вручали грамоту, а один раз юбилейную медаль. Как пришёл Сан Саныч в институт восемнадцатилетним парнем, так и проработал здесь двадцать семь лет. Он стал подрёмывать, но заснуть не дали. Сашка закричал:
– Во! Ведут нашу рабпомощь!
Сан Саныч не сразу понял, что происходит, но, когда увидел, что Володя Миронов, потирая спину и прихрамывая, идёт к окну, тоже встал.
В окно видно часть институтской площади и небольшой скверик, в двух местах перерезанный дорожками. Вдоль дорожек несколько лавочек и урн. Листьев на деревьях нет и на земле тоже, их сгребли они, дворники. Сверху серый Ленин какой-то не такой. Вытянутая рука его кажется какой-то несоразмерно длинной. От этого слишком тяжёлой. И Ленину трудно держать её. Вот сейчас она отломится, упадёт и разобьёт плитку под памятником. Может быть, об этом же думали трое ребят-практикантов. Один маленький и два высоких. Они стояли напротив Ленина, каждый вытянув правую руку вперёд. Вдруг маленький быстро прыгнул на спину высокого. Тот сначала заартачился, задёргал спиной, стараясь скинуть наездника, а потом быстро побежал за вторым высоким. Они обогнули клумбу, две лавочки, и тут их остановила Андриана Витальевна. Было слышно, как она визжит, но слов не разобрать. Маленький спрыгнул со своего скакуна и стал спокойно что-то объяснять. Он всё время показывал рукой на Ленина. Два высоких украдкой смеялись.
– А маленький-то у них заводила, – сказал, улыбаясь, Сашка.
И тут заржал Сан Саныч. По-другому этого и назвать нельзя. Андриана Витальевна моментально запрокинула голову и, с ходу определив окно, сунула в их сторону кулаком. Сан Саныч отпрянул назад. Теперь засмеялись Сашка и Володя Миронов и долго ещё улыбались, хоть слышно было, как снизу идёт гроза. Поднимаясь по лесенке, покрикивала Андриана Витальевна, и казалось, что впереди себя на вытянутой руке она несёт несоразмерно огромный кулак.
