— Ничего странного, Виктор, — возразил Дуда. — Он действительно принес это техническое удостоверение для Мюллера. Я к нему еще зайду. Пусть он объяснит мне это сам. Я убежден, что он возвратился в «Моравию». Разумеется, до шести я не успею, но… могу я тебе позвонить?
Йонак, которому был адресован этот вопрос, кивнул:
— Позвони, но лучше поспеши, чтобы вернуться сюда как можно раньше. Надеюсь, что около половины седьмого здесь с нами уже будет сидеть и Браун.
— Франта сообразительный парень, — сказал он после того, как Дуда ушел. — Если у тебя нет возражений, Виктор, я бы его…
— Ты это серьезно?!
Глушичка, меривший кабинет шагами, при этих словах резко остановился и посмотрел Йонаку в глаза. Тот развел руками, словно желая сказать: ну и что, что в этом такого? Но потом спокойным голосом проговорил:
— Я думаю, что у нас он хорошо бы себя проявил. Подумай об этом.
— Знаешь что? Давай при случае спросим его самого Мне было бы, конечно, жаль, если бы он захотел перейти, но заместителя я себе уж как-нибудь найду.
Йонак улыбнулся. Виктор обрадовал его своим ответом. Не спрашивая больше ни о чем продолжающего ходить по кабинету Глушичку, Йонак принялся звонить по телефону. Он позвонил Вртеку в отдел дактилоскопии, своему заместителю и, наконец, домой жене.
— Забеги к Маркете и скажи ей, что мы вместе с Виктором придем домой часов в девять, — попросил он ее.
Он часто смотрел на часы: казалось, время остановилось. Нетерпение его росло с каждой минутой. Глушичка чувствовал себя не лучше. Он ходил по кабинету, время от времени глядел в окно на уличные фонари. Наверное, он переживает сейчас не меньше моего, подумал Йонак. Да в этом и нет ничего удивительного. У Виктора до сегодняшнего дня не было опыта в решении вопросов, которые то и дело возникали при расследовании этого дела. Он привык сам руководить расследованием своих дел, принимать решения на основе собственных умозаключений. В данном же случае они должны были координировать свои действия, часто уступать друг другу, менять свои выводы, а главное, планы. Но все, кажется, все трудности, связанные с этим, скоро будут позади.
Йонак вздрогнул, услышав звонок телефона. Глушичка тоже остановился и повернулся к аппарату. Йонак с минуту слушал, потом приказал: «Соберите все, как мы договорились».
Положив трубку, он посмотрел на сосредоточенное лицо друга. Потом тихо произнес:
— Машина с Келли здесь, Виктор…
— Выходит, что…
— Да, она была в ней одна.
Напряжение спало. Это было первым доказательством того, что их теория была правильной. Но радоваться было еще слишком рано. Впрочем, на это у них и не было времени, потому что телефон снова зазвонил. Глушичка перестал ходить и подсел к другу за стол. Он нетерпеливо ждал, наблюдая за ним. Выражение его лица подсказывало, что сообщение это хорошее. На мгновение задумавшись, он пропустил мимо ушей то, что Йонак сказал звонившему, и вздрогнул, когда тот радостно стукнул его по плечу.
— Ну, что, все так? — спросил он, когда Йонак положил трубку.
— Да. Он бросился бежать, но один из наших подставил ему ногу. Немножко ушибся. Словом, они везут его сюда.
Когда часы показывали без пяти минут шесть, Йонак вновь взял трубку:
— Да, Франта, все получилось, как мы думали. Господина Брауна везут сюда, так что ты поспеши, мы тебя подождем.
Йонак встал, с удовольствием потянулся, так что в суставах захрустело. Подошел к окну и открыл его. Холодный вечерний воздух приносил с собой характерный шум большого города — гудение автомобилей, звонки трамваев, отдаленный разговор и музыку.
Он отошел от окна и вытащил из кармана трубку. Поигрывая ею, он начал рассуждать, будто про себя:
— Ну вот все и кончается. Меня интересует, как он будет теперь себя вести. Это ведь такой мерзавец, каких поискать, а как играет роль светского человека, все знает, все понимает… Да, очень хорошо, — сказал он, когда в дверях появилась Чамбалова. — Все несете?
— Все, товарищи. Данные дактилоскопии, баллистиков, короче, все. Сейчас кофе сделаю, — добавила она, кладя на стол документы и целый сверток различных предметов.
— Товарищ Вртек еще сравнивает последние отпечатки пальцев, обнаруженные на пистолете, говорит, что через полчаса все будет готово.
Когда она ушла, оба начали разглядывать принесенные вещи. Заглянули и в мешочек из грубого полотна, где лежал пистолет.
— Виктор, проверь еще, все ли готово для очной ставки. Через минуту они будут здесь. Сначала им займусь я, если ты не возражаешь, а потом дам слово тебе, идет?
Глушичка только кивнул и вышел в соседнюю комнату. В обществе Стругара и Илчика там сидели три человека. Он всем подал руку и извинился: