— Простите, товарищи, за причиненные беспокойства, все кончится очень быстро. Пан Урбан, когда вы войдете в кабинет, сохраняйте, пожалуйста, спокойствие, потому что, вероятно, вы увидите человека, который в вас стрелял. Я говорю «вероятно», понимаете меня? Потом можете идти прямо домой. Внизу вас ждет ваша жена. Товарищи Паскова и Панек, от вас нам нужно только одно — опознать одного человека. В помещении будет много людей. Если среди них вы узнаете кого-нибудь, скажите нам прямо там, на месте, откуда вы его знаете и при каких обстоятельствах произошла ваша встреча. Потом также можете возвратиться домой.
Паскова как ни в чем не бывало вытащила из сумочки пудреницу, зеркальце и подпудрила себе лицо.
В своем кабинете Глушичка увидел Дуду:
— Так ты Бруннера не доставил?
— Не доставил, время еще есть, — бросил майор от столика, где они вместе с Йонаком рассматривали пистолет и другие вещественные доказательства. Но в мыслях они были далеко отсюда, на шоссе, ведущем из аэропорта, по которому сейчас мчался сюда автомобиль с Дэном Брауном. Мысленно они проехали по этому шоссе уже несколько раз.
Из этого состояния их вывело сообщение дежурного о том, что машина с Брауном уже прибыла.
Йонак в последний раз осмотрел кабинет Глушички, который из тактических соображений был выбран местом действия ожидавшегося спектакля. Все было готово к допросу. Было 18 часов 39 минут, когда сотрудники государственной безопасности открыли двери и ввели Дэна Брауна. Оставив его стоять у порога, они вышли. Двери закрылись, и Йонак, единственный из присутствующих, встал и сказал, обращаясь к американцу:
— Господин Дэн Браун, вы здесь сегодня уже однажды были. С того времени нам удалось выяснить некоторые вещи. Именем закона я арестовываю вас за совершение нескольких преступлений на территории Чехословацкой Социалистической Республики. Здесь ордер на арест, — помахал он бумагой, — и обоснование. Я начинаю допрос. Садитесь.
За спиной Брауна стоял переводчик, и Йонак подождал, пока он переведет его слова. Только потом он сел одновременно с Брауном. Йонак видел, каких трудов стоило Брауну сохранять спокойствие. Наступила тишина, нарушаемая лишь звоном ложечек, мешающих сахар в кофе; Чамбалова принесла его и Брауну. Видя, как Дуда обжегся, сделав первый глоток, Йонак решил подождать. Браун тоже едва прикоснулся губами к горячему напитку.
— Очевидно, произошла какая-то ошибка, — произнес он и подождал, когда переводчик переведет его слова Йонаку. — Признаю, что мои действия могут вызвать определенное подозрение. Я неожиданно вспомнил об одном срочном деле в Вене и поэтому хотел улететь туда. Но уже один мой билет, как вы заметили, свидетельствует о том, что я хотел сразу возвратиться назад. Он взят туда и обратно.
Американец помолчал, отхлебнув кофе. Теперь у него было предчувствие, что он попал в ловушку, хотя какой-то час назад он был убежден в том, что нигде не допустил никакого промаха, никакой ошибки, которая позволила бы его в чем-то уличить. И этот допрос он мог бы посчитать случайным, если бы они не ждали его в аэропорту. Где-то совершена ошибка, где-то он споткнулся перед самым финишем…
Йонак слушал переводчика, который старался переводить как можно точнее, и чувствовал, как его начинает злить наглость Брауна. А злость — плохой советчик. Возможно, впрочем, что это не наглость. Ведь должен же этот агент чувствовать, если не точно знать, что у него нет никакой надежды на спасение, что он проиграл по всем статьям. Кто знает, что теперь у него в голове? На что он еще рассчитывает? Какую сохраняет надежду?.. Ведь, как говорится, надежда умирает последней. Это грубый, вульгарный преступник, без интеллекта… Конечно, он будет хвататься сейчас за каждую соломинку.
Дискутировать здесь не имело никакого смысла. Йонак решил прекратить дебаты, которые, очевидно, хотел навязать им допрашиваемый.
— Мы напрасно теряли бы время, слушая ваши вымыслы. Вы прибыли к нам для того, чтобы выполнить определенные задания вашего работодателя. С вашего разрешения, я назову эти задания. Во-первых, вывезти отсюда античехословацкий памфлет одного писаки по имени Кон. Во-вторых, подыскать новых агентов для разведывательной сети. Много наших граждан вернулось из вашего «рая», и вы теперь начинаете среди них промышлять. Дилетантски, господин Браун. Вы направились к Петру Урбану, строя из себя этакого Джеймса Бонда. По пути сюда вы повстречали некоего Бруннера и выяснили, что у того есть тетя в Баронове. Совсем недалеко от нее находится дача Петра Урбана… Позовите сюда пана Урбана, — попросил Йонак.