6. Вы верно говорите[53], но Цзиньчжэнь слишком хорошо знал З., для него взломать «Фиолетовый шифр» было все равно что сыграть с З. партию в шахматы, З. никогда бы не завладел его душой. А раз так, ничто ему не мешало снова разгадать чей-то шифр. Вот и «Черный шифр» в конце концов не выстоял.
7. Во-первых, мне в это не верится[54], а во-вторых, даже если это дело рук другого человека, я уверена, что он не сам взломал [ «Черный шифр»], а с помощью записей Цзиньчжэня.
8. Если можно, расскажите мне: что именно случилось с Цзиньчжэнем?
9. Значит, Залеский был прав.
10. З. говорил: «Цзиньчжэнь разрушил всю нашу жизнь, но когда-нибудь он и свою жизнь разрушит».
11. Пожалуй, только сам Ц. и мог себя разрушить, другим не под силу было его сломить. Вообще-то, обе жизни [Залеского и Жун Цзиньчжэня] разрушил рок, разница в том, что Цзиньчжэнь – часть рока Залеского, а вот Залеский для Цзиньчжэня – всего лишь превосходный учитель, сумевший оценить его по достоинству.
12. В следующий раз. Когда пойдете ко мне, пожалуйста, возьмите с собой письма З. к Ц.
(Третий визит)
1. Да, он [Залеский] и есть Вейнер.
2. Это же очевидно, он был тогда тайной фигурой секретной организации, как же он мог заниматься наукой, не скрывая настоящего имени? Ученые – люди публичные, а его работа публичности не допускала. Да и с точки зрения профессиональной этики это было непозволительно, с его-то зарплатой тратить время на посторонние дела – какому бы работодателю это понравилось?
3. Так как он был лишь сторонним наблюдателем [за разработкой «Черного шифра»], у него были силы и время заниматься исследованиями. Он все мечтал выйти на новый уровень в работе над созданием искусственного интеллекта, и, надо сказать, его теория числовой двунаправленности сыграла потом важную роль в развитии ЭВМ. Почему он так хотел отправить Ц. за границу: не буду скрывать, у него были на то личные причины, он надеялся, что сможет удержать Ц. за рубежом, и тот поможет ему в исследованиях.
4. Тут уж сами думайте[55], мне ответить нечего. З. оставался ученым, в том, что касалось политики, он был наивен, поэтому ему легко было навредить, а еще им легко было манипулировать. А вообще какие-то небылицы [про ярый антикоммунизм Залеского] вы мне рассказываете, не было такого!
