На рассвете, когда Тейт проснулся, Винни еще спал. Он лежал на спине в открытой позе, свесив руку и ногу с узкой кровати, не вмещающей его длинное тело целиком. Лицо его было абсолютно безмятежным. Что-то в нем необъяснимо смущало, и Тейт содрогнулся, когда осознал, что именно. Большинство людей, которых он встречал, засыпая, переставали походить на самих себя. Приютские дети, Гленда, Бенджамин. Особенно Бенджамин. Когда он не мог контролировать свое лицо, на нем появлялось выражение ангельской безгрешности, и этот разительный контраст всегда вызывал у Тейта отторжение. Между тем спящий Винни ничем не отличался от бодрствующего. У него было такое же лицо, как и всегда, – лицо человека, живущего в ладу со своей совестью.
Возможно, поэтому Тейт не смог заставить себя с ним попрощаться. Винни в самом деле нравился ему, несмотря на то что бывал адски раздражающим. Это было очень непривычное чувство. Почти всю жизнь Тейт провел среди людей, к которым в лучшем случае относился нейтрально, в худшем – с ненавистью или презрением. Сама идея, что чье-то общество может быть хотя бы необременительным, до недавнего времени казалась ему бредовой. Но находиться рядом с Винни было даже более чем приятно. Тейт подумал, что ничего ужасного не случится, если он продлит это новое ощущение еще на день. Так и вышло, что теперь он, сидя на диване, второй час без особого интереса листал «Жизнь замечательных людей», в то время как Винни, устроившись за прилавком, переживал неудачи прошлой ночи и пытался разработать новый план действий.
– Не может быть, что ты нашел меня случайно, – сказал Винни, задумчиво глядя на свое отражение в аквариуме. – Я уверен, что это не простое совпадение.
– Ты можешь ошибаться.
– Не могу. Обычные совпадения очень отличаются от тех, которые вселенная устраивает нарочно, когда хочет тебе что-то сказать. Ты поймешь, как только это начнет происходить с тобой.
Тейт тоже посмотрел на аквариум. Анжелика по-прежнему пряталась где-то в темноте за корягой. Вспомнив ее тупой потерянный взгляд, Тейт почувствовал, как в его груди, царапая сердце и легкие, прорастает терновый куст. «Так не поступают». У Винни было очень серьезное лицо, когда он сказал это, стоя на пожарной лестнице в глупом велюровом халате Виктора и глупых резиновых шлепанцах, такой наивно убежденный в своей правде. Что, если вселенная хотела, чтобы Тейт услышал эти слова, и потому привела его в магазинчик всякой всячины?
Будто обжегшись, Тейт отбросил эту заманчивую мысль и вернулся к чтению – он как раз добрался до последней страницы главы о Клеопатре. История этой женщины была удивительно схожа с жизнеописанием другой правительницы, о которой Тейту рассказывали в детстве учителя. Совпадали события, временной период, трагический финал, и даже иллюстрация в книге была почти точной копией портрета, который Тейт видел в учебнике. Только ту женщину звали иначе, и умерла она не от яда.
– Надо будет все же зайти к Эдди, – размышлял Винни вслух. – Одного гипноза, видимо, недостаточно, мозгу нужен дополнительный стимул.
Когда Тейту надоела «Жизнь замечательных людей», он принялся за «Географию для чайников». Хотя он уже видел на стене в бильярдной карту мира и знал, что она почти идентична той, что висела в одном из классов приютской школы, – отличались только некоторые названия и границы стран. Например, Румыния и Молдова в этом мире оказались отдельными государствами, а Великобритания почему-то – островом. Присмотревшись к карте внимательнее, Тейт обнаружил на ней страну, про которую слышал только от Винни, – Испанию. И как во всем этом не запутаться?
– На твоем месте я бы не заморачивался, – достав из-под стола пульверизатор, Винни начал опрыскивать аквариум. – На свете полно людей, которым пофиг, что происходит за пределами их крохотной среды обитания. Твои познания вполне могут оказаться обширнее, чем у многих.
– Тогда зачем ты мне это дал? – Тейт кивнул на стопку книг и журналов, лежащих рядом с ним на диване. «Карта звездного неба», National Geographic, Rolling Stone. Сразу после завтрака Винни ни с того ни с сего взялся за составление этой подборки, изрядно озадачив Тейта своим рвением.
– Не хочу, чтобы меня снова обвиняли в том, что я плохо о тебе забочусь.
Тейт усмехнулся. Все-таки замечания Агнес не оставляли Винни равнодушным, хоть при ней он этого и не показывал.
– Давай ты потом будешь просвещаться. – Винни страдальчески подпер щеку рукой. – Лучше помоги придумать, как еще можно зарядить долбаный шар. Другого способа восстановить твою память может и не быть.
– Шар? Я думал, ты отказался от этой затеи.
– После одной неудачной попытки? Вот еще.
– Она была охренеть какая неудачная.
– И что? Можно просто найти более безопасный вариант. Подумай, что еще в теории может заменить единение душ? В какой ситуации два человека могут испытать некое сильное сближающее чувство?
– Наверняка мы с твоим уборщиком будем чувствовать примерно одно и то же, если нам придется долго тебя слушать.