Женщина посмотрела на него как раз в тот миг, когда он сумел взять себя в руки и перестал пялиться. Коротко мазнув по нему холодным взглядом, она отвернулась, блеклой улыбкой встречая подошедшего к ней официанта, и Винни, отправив в рот кусок тимбаля, принялся ожесточенно жевать, не чувствуя вкуса еды.
– Не она? – спросил Тейт так, будто уже знал ответ.
– Мне мерещится или я слышу в твоем голосе сочувствие? Ради бога, избавь.
– Боишься привыкнуть?
Тейт мог бы стать отличным снайпером: не целясь, попадал в десятку.
– Боюсь, что сделаю из тебя человека и ты больше не сможешь выживать в дикой природе, – Винни ухмыльнулся, не успев дожевать, и одна макаронина вывалилась из его рта обратно в тарелку.
– Ешь как свинья.
– Ничего, привыкнешь.
– У нас в приюте на таких вешали позорную табличку.
Винни зажевал медленнее:
– В приюте?
Конечно, Тейт детдомовец. Очевидность этого открытия ударила Винни в самое сердце, сбив с него ледяную крошку. Он удивленно вытаращился на Тейта, гадая, что поражает его больше: внезапно оказанное ему доверие или то, как мастерски Тейт в очередной раз проявил чуткость, совершенно не вязавшуюся с его образом. Было ясно, что он сказал то, что сказал, только для того, чтобы Винни почувствовал себя чуть менее жалким. И теперь, когда Винни растерялся, не находя слов, Тейт снова пришел ему на помощь:
– Хочешь знать, что на ней было написано?
– На чем?
– На табличке.
– Почему мне кажется, что это ловушка?
– Потому что ты захочешь мне врезать, если я скажу, но придется сдержаться. Ты же здравомыслящий человек.
– Спасибо, что предупредил.
– Значит, не говорить?
– Как-нибудь проживу без этой информации.
Тейт издал странный приглушенный звук, отдаленно напоминающий смех, и в уголках его глаз собрались глубокие морщинки, невероятно преображающие его лицо.
– Тоже впервые ее видишь? – Винни снова посмотрел на незнакомку.
– Ага.
– Никакого озарения?
– Не-а.
– Отстой. Ну попытаться стоило.
– Попытались. Что дальше будешь делать?
– Есть. Я никогда в жизни столько не отваливал за макароны.
Винни вернулся к поглощению тимбаля. Он действительно не так часто ходил по ресторанам. Не потому, что ему было жаль денег, просто его мысли всегда были заняты чем угодно, кроме гедонизма, которому Виктор, к примеру, мог предаваться самозабвенно. Винни, в отличие от него, ел для того, чтобы жить. За двое суток в его рту могло не побывать ни крошки, а когда в глазах начинало темнеть, он просто набивал желудок сэндвичами и газировкой. Так было с самого детства. Кого мог смутить его образ жизни, если он всегда был предоставлен самому себе? Пайпер было все равно. Тем абсурднее выглядели ее стихийные забеги на кухню, как будто несчастные кексы раз в полгода могли что-то кардинально изменить… От этих мыслей есть снова расхотелось.
Вяло елозя вилкой по тарелке, Винни исподтишка наблюдал за женщиной в солнцезащитных очках, которая заказала лишь чашку кофе и посыпанный миндальной крошкой круассан. Она вела себя точно так, как описывала миссис Моргенбекер: не читала, не разговаривала по телефону, не притрагивалась к еде, только задумчиво помешивала ложечкой свою «Французскую ваниль» и то и дело оглядывалась на дверь или всматривалась в лица прохожих за окном. Она явно кого-то ждала. Винни вспомнил, как пришел в лапшичную в год ичезновения Пайпер, прихватив с собой иномирских долларов из ее заначки. Была зима, и он здорово всех удивил, заказав гречневую лапшу со льдом. На самом деле ему было все равно, что заказывать. Он наугад ткнул пальцем в меню, чтобы его не прогнали за то, что зря занимает столик. Как же сильно его тогда трясло. Должно быть, кто-то тоже заметил, что он вел себя странно. Убирая со стола, разносчица поинтересовалась, почему он ничего не съел. Винни не помнил, что ей ответил.
– Так и будешь на нее смотреть? – Тейт скучающе закинул руки за голову.
– Нет, просто проверял кое-что. Пойду поговорю с ней.
– С чего ты взял, что она захочет с тобой говорить?
– Не захочет. Но у меня есть секретное оружие.
Винни выдержал паузу, ожидая реакции, но Тейт лишь скорчил ироничную мину.
– Обаяние, Тейт, – со вздохом ответил Винни на незаданный вопрос. – Еще никому не удавалось ему противостоять, даже тебе.
Вцепившись в подлокотники, он отодвинулся от стола.
– Пойти с тобой? – неожиданно предложил Тейт.
Винни уставился на него в легком замешательстве:
– Учитывая, чем закончился наш первый совместный поход в кафе, – не стоит. Лучше подожди на улице.
Бросив на стол несколько банкнот, он поднялся на ноги и двинулся прямиком к незнакомке. Увлеченная высматриванием кого-то в окне, она не сразу заметила его приближение. Винни положил руку на спинку свободного стула и негромко кашлянул.
– Позволите? – спросил он галантно и, не дожидаясь ответа, сел.
Повернув голову, женщина возмущенно воззрилась на него. Обычно вежливый тон Винни помогал скрасить впечатление от его манер, но, видимо, не в этот раз.
– Я могу вам чем-то помочь? – спросила женщина, явно пытаясь донести до Винни всю степень своего недовольства.
– Не совсем. Точнее, я думаю, мы могли бы помочь друг другу.