Наблюдая исподтишка за Агнес и Винни, Тейт почему-то никак не мог определить характер их отношений. Обычно он легко считывал такие вещи, но этих двоих у него не получалось раскусить. Они однозначно не флиртовали, но и дружеским их общение назвать было нельзя. Агнес смотрела на Винни с восхищением и какой-то щенячьей преданностью, хоть и постоянно подшучивала над ним, – это было заметно даже через призму оконного стекла и неумелых попыток Винни вести себя сдержанно. Он не показывал Агнес, как сильно расстроен, тщательно выбирал выражения. Не отвечал взаимностью на ее очевидное желание раствориться в нем целиком, но при этом не отталкивал, позволяя льнуть к себе столько, сколько ей захочется. Вспомнив, как Винни назвал Агнес своей знакомой, Тейт усмехнулся. Уже то, какие тайны он ей доверял, говорило само за себя.
– Но я так и не поняла, кто из вас выиграл спор, – затронула Агнес опасную тему, и Винни мгновенно скуксился.
– Ну, технически я не ошибся, она была дома.
– Ага, готовилась свалить с твоими деньгами, – вставил Тейт.
Агнес посмотрела на него в поддельном шоке:
– Ты разговариваешь?!
Тейт притворился, что не услышал.
– Вообще-то он прав, – согласилась Агнес. – Она же оказалась мошенницей.
– Формально мы спорили не об этом. И вообще, не припомню, чтобы кто-то хотел узнать твое мнение! – Винни уязвленно посмотрел на Тейта, не сдержавшего скупую улыбку. – Счастлив? Чего лыбишься? – Завеса показной веселости начала спадать с лица Винни, и он, разволновавшись, пихнул Агнес локтем в бок: – Пусти.
– Куда ты?
– Тебе в подробностях?
Агнес со вздохом потеснилась, выпуская его из-за стола.
– Ты еще не все рассказал.
– Пусть Тейт рассказывает!
По пути в уборную Винни мстительно улыбнулся Тейту и ободряюще похлопал его по плечу. Возразить Тейт не успел. Пока Агнес провожала Винни взглядом, он надвинул шапку на глаза и сполз по спинке дивана, будто это могло сделать его невидимым. Но чуда не произошло. Когда дверь уборной захлопнулась, пронзительный взгляд Агнес неизбежно настиг его. Тейт сипло втянул носом воздух и посмотрел сначала на проезжающее за окном такси с разбитой фарой, потом на лампы в пыльных плафонах под потолком и на подсвеченную витрину у кассы, где еще оставалось несколько кусков пирога и вполне приличных на вид пончиков. И только потом – на Агнес.
– На что уставилась?
Обворожительно улыбнувшись, Агнес потянулась к сахарнице:
– Жду продолжения. Будешь рассказывать?
– Нет.
– Но мне интересно, что было дальше с тем испанцем. Он просто ушел?
– Спросишь у Винни.
Агнес сунула в рот кубик сахара и все так же насмешливо заметила:
– А ты не ощень дружелюбный для щеловека, щье имя ознащает «дарящий радость».
Тейт удивленно нахмурился:
– Откуда знаешь, что значит мое имя?
– Погуглила.
– Зачем?
Вместо ответа Агнес перекатила кубик сахара на языке и улыбнулась так, что у Тейта лишь чудом получилось сохранить хладнокровие.
– Мне нравится твое имя, – сказала Агнес. – Оно такое заверщенное и емкое, как тощка в конце предложения.
Таких комплиментов Тейту еще не делали. Он бы клюнул на этот крючок, если бы не раздражающее чувство, что Агнес нарочно добивается от него какой-то реакции. И вовсе не потому, что Тейт ей интересен, а просто по привычке.
– Хотя бы скажи, как вы отжали у гадалки шар.
– Не скажу, отвяжись.
Агнес мельком посмотрела в сторону – Тейт понял на что и тяжело вздохнул, осознавая, какую яму сам себе вырыл. Какое-то время Агнес молчала, явно борясь с собой, и все-таки не удержалась:
– Ты пригрозил ей вилкой?
Взгляд Тейта стал свинцовым.
– Сама отдала, лишь бы мы убрались.
– О, в это я охотно верю!
Рассмеявшись, Агнес с громким хрустом разгрызла сахар, и Тейт сразу вспомнил дружеские предостережения Винни. Но если тот рассчитывал, что мысль о пицце в ванной и наматываемой на палец жвачке вызовет у Тейта отвращение, то очень сильно заблуждался.
– И часто ты кидаешься на людей со столовыми приборами?
– Не знаю. Спроси меня, когда я что-нибудь вспомню.
– Винни говорит, что ты врешь и на самом деле помнишь все, кроме одного дня.
Тейт поймал глумливый взгляд Агнес будто в тиски.
– Ну, раз Винни говорит.
На мгновение в глазах Агнес будто померк свет, и Тейт тут же пожалел о своем хамском поведении. Он слишком привык защищаться и делал это бессознательно, когда встречал кого-то потенциально опасного. Но девчонка была не виновата, что иррационально пугала его. Да и вообще, Тейту стоило быть благодарным за то, что его впустили в кофейню после случая с Диланом.
– Извини, что покалечил твоего парня, – выдавил он через силу.
– Он больше не мой парень. – Повернувшись лицом к окну, Агнес опустила голову на сложенные на столе руки. – И, если честно, я рада, что ты его покалечил. Только не говори Винни, что я так сказала.