К счастью, сегодня он не пришел. По небольшому дворику, усаженному астрами и низкорослым шиповником, гуляли лишь тени деревьев. Сквозь листву ярко светило солнце – ощутив легкое прикосновение его лучей к своей коже, Агнес, как в детстве, на секунду закрыла глаза, воображая, будто это чьи-то пальцы гладят ее по лицу. Потом протянула руку к окну, покрытому толстым слоем пыли, и нарисовала на нем крошечное сердце, но тут же стерла. Поднялась и, сбежав по ступенькам вниз, вышла на улицу.
Невесомый утренний воздух так приятно пах свежестью, что Агнес совсем расхотелось куда-либо торопиться. Сделав глубокий вдох и до краев наполнив легкие осенью, она перешла дорогу и поплелась через позолоченную рощицу на работу, лениво размешивая ногами океан из палых листьев. Вокруг не было ни души, не считая маячившего за деревьями старого дворника в броской зеленой куртке. Тишина вокруг стояла такая хрупкая, что размеренное шуршание метлы об асфальт рвало ее словно бумагу.
Тропинка, по которой шла Агнес, пролегала через заброшенную детскую площадку, где в такое время можно было встретить разве что бродячую кошку или хорошо знакомого всей округе бездомного, каждый раз представлявшегося новым именем, – в теплые дни он мог заснуть на скамейке, укрывшись ворохом газет. Зная это и не ожидая подвоха, Агнес не утруждалась смотреть по сторонам, с головой погрузившись в распутывание наушников. Поэтому, когда деревья расступились и впереди что-то скрипнуло, она испуганно вздрогнула.
Тейт сидел на поручне покосившейся, давно пришедшей в негодность карусели, поставив ноги на подгнившие доски платформы. В руках у него была упаковка кукурузных палочек, которые он по-мальчишески запихивал в рот сразу по нескольку штук, громко хрустя с бесстрастным выражением лица. Его серые глаза при этом смотрели прямиком на Агнес.
– Привет, – обескураженно сказала она. – Что ты тут делаешь?
Продолжая увлеченно жевать, Тейт оставил ее вопрос без ответа. С любопытством глядя на него, Агнес подошла ближе:
– Тебя Винни прислал?
Тейт едва заметно качнул головой.
– Тогда зачем пришел?
Молчание. Если бы кто-то другой так ее игнорировал, Агнес могла бы и вспылить, но Тейт был слишком органичен в своей нелюдимости. Она даже находила это по-своему милым.
– Неужели соскучился?
Агнес давно поняла, что нравится ему. Это забавляло ее, как всякая победа, поэтому она кокетливо захлопала ресницами, нащупав легкий способ поднять себе настроение. В ее планах было вызвать так понравившуюся ей реакцию – строгое осуждение, граничащее с угрозой. Но Тейт и бровью не повел. Поняв, что он совсем перестал ее бояться, Агнес разочарованно принялась наматывать наушники на телефон.
– Умоляю, только не говори, что случайно сюда забрел. – Стоило ей произнести это, как ее озарила ошеломляющая догадка. Убрав телефон в сумку, она с подозрением посмотрела на Тейта. – Подожди. Это случайно не ты поставил фингал Ульриху Шлоссеру?
– Его зовут Ульрих Шлоссер? – Тейт издал издевательский смешок. – Дебильное имя.
Агнес пораженно моргнула. Как в ускоренной съемке, перед ее глазами пронеслись последние несколько минут, и в голове выстроилась несложная логическая цепочка.
– А Дилан случайно не приходил?
– Приходил.
Вот и объяснение утренним чудесам. Поежившись в своей распахнутой куртке, Агнес скрестила руки на груди, почему-то ощутив острое желание закрыться от направленного на нее взгляда. Тейт был слишком проницательным. Он наверняка заметил промелькнувшую в ее глазах вспышку мстительного удовлетворения.
– Понятно. А теперь послушай-ка меня внимательно, – сказала она, пожалуй, излишне высокомерно. – Кажется, между нами возникло недопонимание. Когда я просила тебя не лезть в мои дела, я не шутила, ясно? Повторяю для тупых: не вмешивайся!
Тейт кривовато улыбнулся, опустив голову, и неожиданно стал похож на шкодливого подростка.
– Чему ты улыбаешься?
Тейт молчал, глядя себе под ноги.
– Объяснись, пожалуйста, – потребовала Агнес.
– Надо верить в то, что говоришь, чтобы тебя правильно понимали.
От возмущения Агнес поперхнулась воздухом.
– Ты издеваешься? – Она хлопнула себя ладонью по груди и кашлянула, чтобы прочистить горло. – Не знаю, как с этим обстоят дела в твоей вселенной, Тейт, но у нас здесь прогрессивное общество. Если женщина что-то говорит, то именно это она и имеет в виду. Не надо искать скрытый смысл!
Улыбка Тейта стала шире. Он снова посмотрел Агнес в глаза. Ветви осины у него за спиной качнулись под дуновением холодного ветра, наполняя рощу тихим шелестом.
– Мне извиниться перед ними?
Агнес окончательно растерялась. Вообще-то, ей совсем не хотелось выговаривать кому бы то ни было за Ульриха Шлоссера. Или тем более за Дилана. Но всепожирающий стыд за свою беспомощность сидел в ней слишком глубоко, и, пока он целиком не поглотил ее, Агнес решила сменить тему.
– Как тебе? – она кивнула на упаковку кукурузных палочек.
– Не особо, – сказал Тейт.
– Согласна, они отстойные. Если честно, я их только из-за вкладышей покупаю. Там внутри должен быть, отдай мне.