Положив руку на спинку скамьи позади Тейта, он угрожающе осклабился. В его глазах, отражавших свет настенных ламп, полыхали отсветы разрушительных пожаров, некогда спаливших душу Тейта дотла. Уничтоживших все, что имело для него хоть какую-то ценность.
– Знаешь, что мы сейчас сделаем? – Итан по-свойски приобнял Тейта за шею. – Сейчас я доем свою лапшу, допью пиво, и мы с тобой отправимся навестить нашего общего друга. Он страшно по тебе соскучился. Просто послушай меня и сделай, как я говорю, ладно? Ты же понимаешь, что так будет лучше для всех. Вернись по собственной воле, попроси прощения, и тогда тебя, может быть, не убьют. А я замолвлю за тебя словечко, обещаю.
Говоря это, он будто тыкал палкой в воспаленный нерв. Тейт совсем его не слушал. Он думал лишь о том, что если постарается, то сможет вырубить Итана одним ударом головы: его лицо было приглашающе близко. Тейт вдыхал исходивший изо рта Итана перегар и видел капельки пота, выступившие у него на переносице. Подпитываясь страхом, ненавистью и отвращением, гнев закипал в нем все сильнее.
– И почему мне кажется, что ты не раскаиваешься? – Итан перевел взгляд на хозяина лапшичной, скривившего рот в одобрительной ухмылке. – Нет, ты только посмотри, как он зыркает. Как бык на тореадора. Все потому, что Бенджи его разбаловал. Он у нас слишком жалостливый. Реально считает этого крысеныша своим братом. У меня такой братишка давно бы уже ходил по струнке.
Тейт напряг мышцы живота и шеи, фиксируя положение головы. Глотнув пива, Итан снова повернулся к нему, и тогда Тейт сделал короткий резкий выпад, целясь лобной костью ему в нос. Вместо носа удар пришелся по воздуху. Тейт завалился вперед и рухнул на пол, едва успев выставить перед собой руки. Ничего не понимая, он быстро поднялся и осмотрелся.
Итан куда-то исчез. А вместе с ним и все остальное – люди, столы, ломящийся из кухни дым, следы пролитых напитков на полу. Лапшичная вновь превратилась в неприветливое пустое помещение, об обитаемости которого свидетельствовали только брошенные на пол вещи Тейта и потасканный матрас. Все вернулось на свои места, разве что вокруг еще витал запах специй и алкоголя, а сердце Тейта, будто потерявшее связь с рассудком, никак не могло успокоиться.
В два шага оказавшись возле двери, Тейт схватился за ручку и замер, не решаясь повернуть ее. Гнев продолжал пульсировать у него в висках, пока он стоял, боясь даже посмотреть в окошко. За ним вместо пожарной лестницы, ведущей в магазин всякой всячины, могло оказаться его постылое прошлое. Если бы Тейт знал, что так будет, то никогда бы не пришел по адресу с визитки. Но он сам виноват. Зачем ему понадобилось что-то выяснять о сверхспособностях, рассматривать свои несчастья под микроскопом? Ведь все уже закончилось. Единственный раз в жизни ему повезло, и оставалось только держать удачу крепко и не оглядываться.
Гораздо легче шагнуть в параллельный мир, когда тебе нечего терять. Теперь Тейт хорошо понимал, что чувствовал Винни. Перед глазами возникло насмешливое лицо Агнес, перекатывающей на языке кубик сахара. Зажмурившись, Тейт прислонился лбом к двери. «Пожалуйста!» – безнадежно прозвучало у него в голове, прежде чем он собрался с силами и вышел на улицу.
Снаружи его встретил Сквозной переулок, освещенный полуденным солнцем. В это время суток, когда ночные тени не скрадывали его несовершенств, он выглядел особенно неказистым. Многолетняя грязь на окнах нежилых домов, полустертые адресные таблички, пятна ржавчины на перилах пожарной лестницы – той самой, которую Тейт уже не рассчитывал снова отыскать. Та самая лестница и тот самый переулок. Выйдя на середину дороги, Тейт остановился, не зная, что делать дальше. Его руки дрожали от страха и нерастраченной ярости. Тейт был весь – выжженная земля.
– Эй, ты! – донесся со стороны Грязной улицы чей-то грубый голос.
Тейт обернулся на оклик. Он ожидал увидеть кого угодно – хоть самого Бенджамина в добром здравии. Но это был всего лишь Дилан – все в той же обтягивающей футболке, все с той же уложенной волосок к волоску прической. Только теперь он был злой как черт, с перебинтованной рукой и рассеченной губой – исключительно стараниями Тейта в нем появилось что-то от живого человека. Уверенной походкой Дилан вышагивал впереди двух рослых парней, чьи лица обещали все что угодно, кроме светской беседы. Один – темноволосый бородач в куртке с отороченным мехом воротником – на ходу разминал шею и кулаки. Второй – высокий нескладный тип с пышной гривой – многообещающе ухмылялся, сжимая в руке заточку. То что надо.
– Ты дебил? – Дилан с деловитым видом закинул на плечо бейсбольную биту. – Беги, пока фора есть.
Ему даже не пришлось напрягать связки – в переулке было так тихо, что Тейт отчетливо расслышал каждое слово. Идеальное место, чтобы содрать с кого-нибудь шкуру. Дилан ускорился, а вслед за ним и его приятели. Тейт подумал, что определение «дебил» больше подходит человеку, решившему искать возмездия с одной здоровой рукой. Разве что Дилан в самом деле рассчитывал, что Тейт побежит.