Максиан провёл ладонями по лицу и выдохнул. И кто вбил этому ослу в голову, что без него Перо не будет прежним? Наверняка Севир постарался.
— Вы слишком преувеличиваете мою роль, Дерек! Могу вас заверить, кроме незначительного финансирования я ничего толком и не сделал. Что бы вам ни наговорил Севир, с моей смертью мало что изменится. А вот ваша задумка может уничтожить и Перо, и даже Исайлум. Такой наглости никто не потерпит, за вами начнётся нешуточная охота, и в один прекрасный день они выйдут на каждого из вас, а от поселения не оставят и камня на камне! Этого вы добиваетесь?!
Лицо полицейского посерело. Видимо, наконец-то дошло. Главное, чтобы успел отговорить Севира.
— Я сделаю всё возможное, господин принцепс, — выдавил Дерек и с этими словами покинул камеру.
А ведь полицейский прав, Инвикт — не панацея. Да, с ним он мог бы выиграть суд, осадить Юстиниана, но если Корнут не солгал, а в правдивости его слов сложно сомневаться, то шансов на победу почти не осталось.
Конечно, эти жалкие обещания позаботиться о его семье смешны и нелепы, неужели Корнут принимает его за идиота? Даже обидно! Он уже давно подготовился к худшему, и дочери точно не останутся на улице с протянутой рукой, но вот Ровена…
Здесь всё оказывается намного сложнее. Да, девчонка знала, на что идёт, но, если есть возможность уберечь её от казни, не слишком ли эгоистично с его стороны продолжать борьбу только ради гордости? Имя своё ему уже не спасти, как не избежать и плахи.
Но как же не хотелось умирать с незавершёнными делами! Твин… Он ведь так и не успел ничего для неё сделать.
За дверью послышался приглушённый спор. Максиан не без удивления наблюдал, как дверь снова распахнулась и на пороге показался худощавый молодой человек в круглых очках и с коротко остриженными соломенного цвета волосами.
Незнакомец смерил Максиана любопытным взглядом и, поправив слегка помятый клетчатый пиджак, уверенным шагом прошёл к койке и протянул руку:
— Рад встрече с вами, господин принцепс!
— Вы обознались, молодой человек, — Максиан проигнорировал предложенное рукопожатие, — Я уже не принцепс.
— Формально вы пока ещё не лишились своей должности, — заметил тот. — Но, если вам так угодно, я могу обращаться к вам и по имени.
Медленно поднявшись, Максиан окинул незваного гостя пытливым взглядом:
— Кто вы вообще такой?
— Ах да, что это я? — незнакомец смущённо улыбнулся. — Меня зовут Ян. Ян Шарпворд, если это имя говорит вам о чём-то.
Максиан невесело ухмыльнулся. Как же, это имя ему точно известно. Газетчики в какой-то момент просто атаковали его со всех сторон, но поняв, что не добьются ни слова, оставили бесполезную затею. И правильно, плясать на свадьбе можно и без виновников торжества — музыканты и так давно оплачены. Но, видимо, не всех устраивала мелодия, наигрываемая лизоблюдами короля.
— Я наслышан о вас, — произнёс Максиан. — Даже не стану спрашивать, как вам удалось сюда пробраться.
— О, это была целая эпопея! — рассмеялся Шарпворд.
— Не сомневаюсь, уважаемый, но, боюсь, уйти вам придётся отсюда с пустыми руками… Или блокнотом? Это уж как вам угодно.
Газетчик поправил очки:
— Не слишком мудро отмахиваться от союзников, господин Максиан. Я бы мог вам помочь.
— Неужели? И чем же? Очередной остроумной статьёй о глупости и жестокости короля? Вы, конечно, неплохо справляетесь с критикой, но чем это мне поможет?
— Конкретно вам, быть может, и ничем, но в борьбе с тиранией любые средства хороши. Поверьте, есть ещё в Прибрежье умы, способные отделить зёрна от плевел, и они жаждут правды не менее, чем вы жаждете выбраться отсюда.
— Правды? А для чего? Чтобы лишний раз повздыхать о несправедливости жизни? — Максиан скрестил руки на груди.
— Именно поэтому вы организовали Стальное Перо? — Ян выхватил из бокового кармана небольшой блокнот и остро заточенный карандаш. — Чтобы бороться с несправедливостью? По отношению к кому? К осквернённым? Вам претит рабство или само отношение к ним?
— А вы ловкач, Шарпворд! — хохотнул Максиан и хлопнул того по плечу. — При других обстоятельствах я бы с удовольствием с вами подискутировал на эту тему, как и на многие другие, но увы, не место и не время.
— Но…
— Разговор окончен. Всего вам хорошего!
Максиан опустился на койку, от которой уже ныло всё тело, и отвернулся, игнорируя назойливого посетителя.
Шарпворд задумчиво потёр подбородок и кивнул:
— Понимаю, тайна следствия и всё такое… Знаете, я не так давно копался в архивах, и меня заинтересовал один занимательный факт. Казалось бы, дело старое, давно забытое, но что-то в нём явно не так, неправильно, что ли… Не спешите отказывать, выслушайте! Всем известно о вашей дружбе с покойным королём, уверен, вы знаете о его смерти намного больше остальных. Может, расскажете, что произошло там, в пустошах? Зачем уруттанцам было нападать на королевскую свиту? Неужели ради грабежа? Разве это не странно? Не припомню, чтобы дикари вообще промышляли в окрестностях Регнума, а тем более атаковали вооружённые отряды.
