— Пожалуй, — помолчав, призналась Ровена. — Ты обещал не бросать меня! Неужели передумал? Хочешь отправиться в Исайлум вместе со своими друзьями, да? Ну конечно, ведь они тебе дороже!
Дороже кого, интересно? И так всё катится к чертям собачьим… Чего ей вообще не хватает?
— Они здесь ни при чём.
— Разве? Тогда почему же ты не рассказал мне о Семидесятом?
Вот оно что. Неудивительно — наверняка Лия проболталась. У неё явно зуб на Слая. И есть за что, если разобраться.
— Что бы это изменило, принцесса?
Ровена трогательно всплеснула руками и недовольно насупилась:
— Да как ты не понимаешь! Мне нельзя оставаться рядом с… — она запнулась, — …рядом с Пятьдесят Девятой. Шаман предсказал мне смерть именно от её руки.
— Да с чего вы ему верите! — Харо досадливо выдохнул.
Девчонка слишком наивна. Как же легко этот пёс забил ей голову своими бреднями! Наверняка, будь он на месте Твин, то это он был бы назван убийцей. И вот как после этого оставить принцессу одну? Она же и дня не протянет!
— Хотя бы с того, что всё к этому и идёт! — Ровена грустно усмехнулась. — Подумай сам. Твой друг уже предал меня. Не сомневаюсь, Пятьдесят Девятая на его стороне. Разве не видишь, всё сходится!
Ещё бы! Когда внушают, что споткнёшься о камень, сразу начинаешь замечать, что под ногами.
— Поверьте мне, она никогда не поднимет на вас руку. Шаман солгал.
Ровена недоверчиво поморщилась.
— Может быть, ты прав, — наконец произнесла она. — А может быть, и нет. Могу ли я так рисковать? Ты же сам сказал, что не стоит бежать навстречу смерти?
Подловила. Возможно, не так уж и беспочвенны её страхи, но прыгать из одной ямы в другую — не лучшее решение: ещё неизвестно, какая из них глубже…
— А если её не будет в Исайлуме, вы согласитесь туда поехать?
Ровена покачала головой. Солнечный луч блеснул в её волосах, которые тут же ослепительно вспыхнули золотом. Сейчас она казалась чем-то неземным, недостижимым, идеальным, словно сотворённая из воздуха и света.
— Нет, Харо, с Севиром нам не по пути, — голос был полон решимости. — Сам подумай, что Перо сделало для тебя? Для тебя и твоих друзей? Вот именно, ничего! Сопротивление ведь не первый день существует! А я могу сделать! И сделаю! Даже не сомневайся! Всё, что я прошу у тебя — быть со мной рядом! Мне нужна твоя помощь, без тебя мне не справиться. Все думают, что я глупая, наивная, слабая девчонка. Пусть так и думают! Этот образ сыграет нам только на руку. Мне легко поверят, если скажу, что попала под чужое влияние. А вот принцепсу уже не выкрутиться. Вот как так вышло, что такой умный, умудрённый жизнью Максиан так опростоволосился?! А может, не такой уж он и умный? Может, и Севир не такой всемогущий, раз прячется в пустошах столько лет?
Ровена сделала паузу, сжала его ладонь в своих и умоляюще посмотрела ему прямо в глаза:
— Поверь мне! Мы не можем больше полагаться ни на кого, кроме себя! Кроме как друг на друга! Знаешь, что предсказал мне шаман? Он пообещал, что я добьюсь всего, чего желаю. Но ни о Максиане, ни о Пере он не проронил ни слова!
Тонкие, нежные пальчики впились в его руку, даже сквозь грубую кожу перчатки Харо чувствовал её тепло. Сердце снова заколотилось, впрочем, как и каждый раз, стоило девчонке прикоснуться к нему. И он, как и тогда, стоя почти на том же месте, понял, что тонет. Тонет в этих бездонных зелёных глазах. И если в прошлый раз удалось выбраться, то сегодня уже ничто не поможет. Да и зачем?
«Нет! Остановись, кретин! Вспомни, кто она — а кто ты!»
— Значит — Опертам? — он попытался собраться с мыслями, отгоняя наваждение.
— Да, Опертам, — отозвалась Ровена почти шёпотом. — Куда бы я ни бежала, неважно — от судьбы всё равно не убежать. Я получу корону и освобожу осквернённых. Жаль только, не успею насладиться новым миром, где не будет рабства. Жаль, что не успею…
Смутившись, она умолкла и опустила глаза. На её щеках вспыхнул лёгкий румянец.
«Не бойся, девочка, я разорву любого, кто посмеет прикоснуться к тебе даже пальцем!»
— Успеете, моя госпожа. Обещаю.
В глазах Ровены промелькнул озорной огонёк:
— Забавно, ты ведь никогда не называл меня по имени.
— Однажды назвал.
— Госпожой Ровеной? — она невесело хмыкнула. — Какая нелепость! Нет, я хочу, чтобы ты обращался ко мне без всяких титулов и прочей чепухи!
— Рабам не дозволено…
— Ты для меня не раб, Харо, и никогда им не был! — она шагнула ближе и коснулась ладонью его щеки.
Жар волной прокатился по всему телу. Харо замер, затаил дыхание, пытаясь унять бешено заколотившееся сердце. Похоже, девчонка решила окончательно свести его с ума, иначе зачем всё это делает? Неужели не понимает, что значит для него даже малейшее её прикосновение?
— Я же говорила, для меня ты — особенный! — привстав на цыпочки, Ровена робко коснулась его губ своими.
Ожидал ли он этого? Наверное, нет, но мечтал о подобном с той самой минуты, когда увидел её там, на смотре. Просто не хотел признаваться себе в этом.
Та черта, что он сам для себя провёл, стёрлась в одно мгновенье, в одно прикосновение. Забыв о всех обещаниях, что давал себе после предательства Дис, Харо поддался её призыву.
