Также был преобразован Совет министров, к деятельности которого теперь относились: направление законодательных работ и предварительное рассмотрение предположений министерств, ведомств, особых совещаний, комитетов и комиссий по законодательным вопросам, вносившимся в Государственную думу и Государственный совет; обсуждение предложений министров по общему министерскому устройству и о замещении главных должностей высшего и местного управления. Помимо этого Совет министров должен будет обладать значительными правами в области формирования государственного бюджета и кредитной политики.
Российский император по манифесту имел право на законодательное вето, роспуск Государственной думы и на введение военного положения. Он оставался верховным главнокомандующим, руководя армией и флотом, также утверждал предложения Совета Министров и Государственной Думы по кандидатам на должности министров и премьер-министра – главы правительства.
Также 1 марта 1905 года был опубликован закон о выборах в Государственную думу. Избирательное право было не всеобщим, его не было у женщин, молодёжи до 25 лет, военных, полицейских, некоторых чиновников и инородцев, банкротов, больных и преступников. Выборы проводились в четыре ступени, а избиратели делились на четыре курии: землевладельческую, городскую, крестьянскую и рабочую.
В общем, данный манифест был значительно доработанным вариантом конституции для Царства Польского, утверждённой ещё 15 ноября 1815 года Александром I, где высшим законодательным органом провозглашался сейм, состоящий из двух палат. Верхняя палата состояла из сенаторов, назначаемых императором. Нижняя палата состояла из депутатов, избранных прямым голосованием. Это была Конституция ограниченной монархии, дарованная императором народу России. Именно дарованная.
Царь даровал, а русский народ воспринял манифест, как всегда, своеобразно. Либеральная оппозиция в виде большинства интеллигенции ликовала, ибо исполнилась её мечта о праве создавать законы империи и принимать их, умеренные монархисты – настороженно, но все же с радостью. А вот радикально настроенные правые и левые решили действиями показать своё отношение к введению Конституции, тем более что объявили свободу слова и собраний.
Уже 1 марта 1905 года на улицах многих городов Российской империи встретились два мощных потока консервативных и революционных манифестаций, образовав страшный погромный водоворот, людские потери от которого ещё подсчитываются, и, по моему мнению, нескоро этот процесс закончится.
Первый звонок о сложной ситуации пришёл в Аналитический центр из Одессы. До меня лично дозвонился мой старый знакомый – подполковник Андреев Владимир Иванович, который является помощником начальника жандармского управления Одессы.
По его словам, после выхода 1 марта утренних выпусков газет с манифестом Александра IV одесские улицы заполнили толпы народа. И здесь сразу же отличились анархисты, в основном еврейской национальности. Они начали стихийные митинги, на которых стали звучать слова, что свобода и Конституция не добровольно царём дана, а вырвана у правительства революционерами, которые за это свои жизни отдали, и что среди этих революционеров девять десятых евреи. Некоторые анархисты заявляли: «Мы вам дали Бога, теперь дадим и нужное правительство. Хотите с царем, захотите без него».
Попытки одиночек как-то возразить или остановить эти выступления наталкивались на противостояние вооружённых молодчиков из отрядов еврейской самообороны. В ответ на это на улицах Одессы стали появляться многочисленные толпы рабочих, мещан и других сословий, которые следовали с иконами в руках, с портретами Николая II и Александра IV, имперскими флагами.
На улице Торговой в центре Одессы встретились две колонны: одна с царскими портретами, иконами и правительственными знамёнами, а вторая – с красными флагами и транспарантами с антиправительственными лозунгами. И тут из окон Коммерческого училища Файга раздались выстрелы по колонне монархистов. А потом кто-то из колонны с революционными флагами бросил в противников гранату А–1, которая убила на месте шесть человек и ранила больше десятка людей, нескольких очень тяжело. В ответ в сторону левых радикалов полетели кирпичи, выломанные из мостовой, и звериный рёв: «Бей жидов!»
Еврейский погром продолжается в Одессе пятый день. Её градоначальник – действительный статский советник Нейдгардт – поднял по тревоге войска гарнизона, пытаясь остановить погромы, но солдаты и казаки, узнав, из-за чего начали бить евреев, сами стремились поучаствовать в уничтожении евреев-революционеров, которые против царя. Так что там бардак ещё тот до сих пор.
