Начало смеркаться, когда занавес плюща разошелся, пропуская молчаливую процессию. Могучий ликант в желтых одеждах со знаком Саргола — перекрещенными молотом и плугом — нёс на руках Кейлех, завернутую в плащ Таиры. Айрисса шла за ним, опустив голову, пытаясь скрыть слезы.
Эрнан скрестил руки на груди, позабыв дышать, и ликант, жрец Саргола, не стал терзать его, сказав грохочущим басом:
— Возьми свою ношу, и впредь береги.
Лотар вскочил и бережно принял на руки бесчувственную Кейлех. Глаза лотара предательски увлажнились, когда он прижал женщину к своей груди и убедился, что она жива.
— Перед Богами и людьми Орлении, Кейлех Дамион-Мэллори, дочь Арлены и Заффо мертва, — продолжил жрец. — Но перед Богами и людьми Дангора вы все еще и до конца ваших дней муж и жена. Только теперь она Кейлех, дочь Таиры Верховной жрицы богини Улаары. Таково было желание Таиры и условие жизни Кейлех. Твоя жена прошла обряд
Марика и Дагонт с готовностью поклялись.
— Клянусь своей жизнью и силой своего рода! — горячо подтвердил Эрнан.
— Лотар, кроме нас об этом знают только Великий Князь, дират Веллер и твоя мать, так будет и впредь. Они уже принесли свои клятвы. В храм Улаары я лично пришлю сообщение, что Верховная Жрица Таира, предчувствуя свою кончину, решила представить Верховным Жрецам свою дочь, много лет скрываемую ею в Орлении, после чего почила в мире. Благодаря божественному обряду теперь в ней теперь течет часть крови Таиры, так что никто не усомниться в их родстве. Береги свою жену, лотар, Боги благоволят к ней. А теперь ступай.
Кейлех в очередной раз сжала кулаки, а Верховная жрица (андана) Богини Милеры ассэра андана Айрисса чуть приподняла бровь, и елейным голосом пропела:
— Не понимаю, моя дорогая, что тебя так беспокоит? Прими всё случавшееся как данное и неизменное.
Ну как объяснить ей, что перерождение не принесло ей радости? Она чувствовала себя виноватой в смерти женщины, которую даже не знала. Кроме того, впервые в жизни она была в полной растерянности: как жить, что делать... К тому же она была замужем на дангорцем, которого ей еще предстояло узнать. И какая жизнь ждет её при дворе (Эрнан уже рассказал, где намерен поселиться)?
Сразу после ритуала, который Айрисса назвала перерождением, Кейлех переходом доставили в небольшой дом в портовом городе Корасе. Дом, в котором их приютила Айрисса, вмещал в себя три комнаты, кухню, зал, который из обеденного давно превратили в тренировочный (на стенах висело оружие разного вида, а на крюке, ввинченном в потолок, висел мешок для отработки ударов). Всё убранство дома говорили о том, что его хозяин здесь бывает набегами, а не живет постоянно. В комнатах было мало мебели, только самое необходимое. Вся обстановка была однотипной, в светло-бежевых тонах. Не было милых вещичек, которые создавали уют. Айрисса сказала, что вообще-то в этом доме живет её сын, который как раз отбыл на несколько месяцев из города. Больше Айрисса о своем сыне почти ничего не говорила.
В первые дни после перерождения Кейлех была такой же слабой и беспомощной, как и после выхода из магической комы. Эрнан и Марика под руководством Айриссы снова выхаживали ее, вливая целебные настои и энергию. Восемь дней Кейлех металась в горячке, находясь между жизнью и смертью, прибавив Эрнану несколько седых прядей. После того, как женщина пришла в себя, и разум её прояснился, Эрнан и Айрисса полдня провели в храме, всячески благодаря Богов.
Еще неделя понадобилась для того, чтобы подчинить себе тело и заново начать ходить. Хорошо в доме был небольшой тренировочный зал, и Кейлех, сначала хоть и не без помощи великана-воина, смогла начать тренировать тело.
И потекли дни, похожие друг на друга. Ночь пролетала в объятиях мужа. И, хотя Эрнан не настаивал на выполнении супружеского долга, говорил, что Кей еще слишком слаба, но сжимал её так, будто боялся, что жена исчезнет ночью. Утро начиналось для Кей с болезненного расставания с мягкой кроватью. К тому времени, как она просыпалась, Эрнан уже куда-то исчезал по «неотложным делам». Когда Эрнан убедился, что супруга восстанавливается, он отбыл на неделю — надо было завершить все дела в Орлении и сообщить о своей «новой» жене, на которой он якобы женился по давнему уговору.
Теперь Айрисса стала опекать Кейлех вдвойне. Скромный завтрак в небольшой столовой в компании с Айриссой проходил под рассказы жрицы про правящий дом, про Дангор или о жизни покойной Таиры. Однажды жрица почувствовала печаль Кейлех, и очень удивилась, почему та скорбит.
— Таира сделала для меня больше, чем моя родная мать. Она отдала свою жизнь за мою, абсолютно не зная меня, не раздумывая, достойна ли я её жертвы…
