— Нашла время, – пояснила она. – Смотри! Сейчас ведь у меня с тобой тоже “костыли”, да? Ну вспомни: ты можешь “залипать” на какой-нибудь книге, когда всё всерьёз переживаешь, не можешь вернуться в реальность, а я могу чем-то увлекаться, и тоже приходится силой останавливать... Саша? Можно посмотреть подробнее?
— Разумеется.
— Это ведь не для “Реплики Плюс”? Нет?
— Нет, это для меня. Для нас, – поправился Александр, увидев, как переглянулись Римма и Ника. – Если будут идеи – скажите. Вроде всё согласуется, но я только одиннадцать тестов прогнал, а их там под тысячу.
— Ты устал, – потрогала Ника его за плечо. – Нет, правда, мы обе чуем. Отдохни, правда. Сегодня насыщенный день, точно говорю. Будет очень насыщенный. Я сохраню копию, да?
* * *
На демонстрацию их пригласил лично Учитель. И на этот раз главный компьютер комплекса не стал отсиживаться на пьедестале – возвышении, на котором обычно появлялся. Сейчас ходил как все, и оказался таким же материальным, как Ника и Римма.
Заканчивался третий месяц пребывания в сжатом времени, где-то глубоко подо льдом в Антарктиде. И вот как раз это не удивляло: видимо, сознание установило рамки, за которыми ещё можно чему-то удивляться. И к чему были те странные упражнения – мысленно построить сложную фигуру, пройтись по ней взглядом, при этом, скажем, повторять первые одиннадцать чисел Фибоначчи?
— Нужно что-то лёгкое, – пояснил Учитель. – Лёгкое и мягкое. – Вероника молча добыла из кармана платок – газовый, иногда его используют вместо декоративного шарфа. – Отлично, это подойдёт. Положите вот сюда – указал Учитель на тот самый пьедестал, с которого сам не так давно сошёл. Опасаться за чистоту нет смысла – все проекции Учителя совершенно стерильны: когда-то он оперировал Кубика после пулевого ранения – именно в таком вот облике, школьного учителя в стареньком костюме.
— Александр, вчера мы делали четыре упражнения, – продолжил Учитель. – Вы помните, верно? Вот ваша область воздействия, – указал он на пьедестал с платком поверх. – Это для упражнения номер три, вы помните. А теперь исполните, в быстром темпе, упражнения в следующем порядке: два, один, четыре, три. Торопиться нет смысла. Если что-то идёт не так, исполняете упражнение “номер ноль” – сброс – и повторяете всю последовательность. Начинайте по готовности.
И пришёл тот самый “страх сцены” – вдруг не получится, вдруг посмеются. Пусть даже ничего такого и в теории быть не могло. Александр несколько раз вдохнул и выдохнул, сосредоточился. И как-то само собой получилось собрать воедино все четыре: представить сложную фигуру под пьедесталом, представить движение по ней, начать мысленно повторять ряд чисел и набор странно звучащих фраз – по сути, это даже не фраза, не естественный язык: специальный язык для обозначения взаимодействия геометрических примитивов.
Платок оторвался от поверхности и поднялся, повис, подрагивая. Все зрители разразились восторженными аплодисментами. Удивительно, но выдержки хватило не прерывать два упражнения из четырёх – платок продолжал висеть. Александр, улыбаясь, сделал шаг вперёд и поднёс ладонь под платок. Затем медленно – этому тоже тренировались десятки и сотни раз – замедлил мысленное чтение чисел и формулы описания предметов. Платок медленно опустился на ладонь, да так и остался на ней. Вероника с улыбкой подошла и забрала его.
— Молодец! – добавила на словах. – Просто магия! – посмотрела она в глаза улыбающегося Учителя. – Но ничего такого, просто математика, да? – Учитель кивнул. – Теперь я! – заявила Вероника.
У неё получилось даже более эффектно – платок не просто парил в воздухе – каким-то образом Вероника заставила его изгибаться и переворачиваться, по ткани шли волны.
Получилось у всех. У Кубика – не с первого раза, но получилось тоже.
— Это и есть наше тайное оружие? – посмотрела Римма в глаза Учителя.
— Первый шаг к нему, – уточнил Учитель, и тут раздался сигнал тревоги.
Все переглянулись.
— Вот так всегда, толком ни к чему не подготовились, – заявила Римма. – Ладно, ладно, мы всё равно не пальцем деланные. Как на учениях, да? Пять минут на сборы? Ну, что стоим – погнали!
— Мы это уже видели, – заявила Римма, когда дверь наружу – портал – доставила их в другую часть промзоны. И там было то самое уродство, что Александр и Ника наблюдали при исследовании Вселенной Майнис.Центр происходящего – в нём растения выглядели словно сгоревшими, и чем дальше, тем слабее проявлялись уродства, мутации. – И хорошо, что здесь под ногами глина. Смотрите!
Она указала на лежащее неподвижное крохотное животное – вероятно, когда-то оно было мышью. Только теперь вся голова животного была покрыта глазницами, и что только оттуда не таращилось! При том, что мышь казалась мёртвой.
— Клеточная активность продолжается, – заметила Римма, жестом отсылая всех назад. – Хорошо, что ночь – никто не успел пройти мимо “нулевого пациента”.
— Уверена? Птица, или бродячая собака...
