Едва ли какой-либо из его старых адресов еще работал — хакеры редко отличаются постоянством. А вот музыкальные вкусы поляка вполне могли остаться прежними. После минутного раздумья Мишель выбрал сайт Джонни Кэша — раньше они с Анджеем часто спорили о том, мог ли появиться такой певец, если бы в Америке в пятидесятые годы все не помешались на вестернах.
Для начала нужно было внимательно просмотреть все сообщения в чате[13], понаблюдать за ходом беседы.
«Не знаю, способны ли европейцы вообще понять блюз? У нас своя музыка, у вас — своя», — прочитал Мишель и подумал: «Совсем не в духе Анджея, даже если он шутит».
«Я во Вьетнаме пытался приучить этих китаез к хорошей музыке, все без толку». Нет, это уж слишком.
«Я тут кое-что сочинил, по-моему, подойдет для фантастического вестерна». Опять мимо.
«А мне нравятся стилизации под кино тридцатых гангстерские фильмы и все в этом духе». «Так это уже ближе», — подумал Мишель и решился на провокационный вопрос.
«Полагаю, ты говоришь об этих слюнявых голливудских имитациях?» — быстро набрал он на клавиатуре, адресовав вопрос автору последнего высказывания. Через несколько секунд на его экране появился ответ: «А где это — Голливуд? Вообще-то я имел в виду наши, польские фильмы. Ни один американец еще не дотянул до таких высот, как Ежи Гофман».
Мишель довольно потянулся в кресле — он мог поставить десять к одному, что это был Анджей. Эта пренебрежительно-ироничная манера выражаться в сочетании с преданностью польскому кино выдавали его с головой. Он обратился к старому приятелю напрямую:
— Привет, Анджей, не ожидал, что так быстро тебя найду.
— Да, забавно, а я иногда о тебе вспоминал.
— Я тоже… Ну, и что у тебя нового?
— Я теперь занимаюсь чужими проблемами.
— То есть?
— Я специалист по системам безопасности. Так что меня можно теперь считать законопослушным гражданином. А клиентов нахожу так: взламываю их защиту, а потом оставляю визитную карточку — что и как я сделал, и предлагаю свои услуги.
Надо сказать, мало кто отказывался. А куда ты так надолго исчез, в космос летал?
— Это целая история, тебя, вероятно, она позабавит.
Рассказывая Анджею о том, как он попал к миллионеру и что тому было нужно, он ожидал, что парень посмеется над ним, но тот проявил неожиданное сочувствие:
— А что, напиши книгу, это действительно помогает взглянуть на свою жизнь по-новому.
С тех пор Мишель время от времени находил своего польского приятеля в сети, отчасти потому, что ему было просто приятно болтать с ним, а отчасти потому, что его инстинкт авантюриста подсказывал: подобные связи всегда могут пригодиться.
Решив найти деньги для дочери, Мишель не сразу вспомнил об Анджее, а когда ему пришла в голову мысль, что с помощью юного поляка можно воспользоваться счетами какого-нибудь банка, он сначала отогнал ее — рисковать отношениями с мальчишкой ему не хотелось. Но соблазн все-таки был велик: Флер была единственным человеком, ради которого он готов был решиться на что угодно. И потом, можно попытаться обставить дело так, что сам Анджей ни о чем не догадается.
Однажды, заведя речь о компьютерных технологиях — а на эту тему поляк мог говорить часами, — Мишель спросил:
— Наверное, теперь уже не пробьешься запросто к засекреченной информации, как тогда, помнишь?
— Для настоящего профессионала нет ничего невозможного.
— Ты хочешь сказать «профессионалов»? В одиночку, наверное, уже никто не работает?
— Почему нет? Конечно, сейчас все несколько усложнилось, но большинство все равно пользуется шаблонными схемами. А если защиту информации заказывали опытным людям, то их почти всех можно узнать «по почерку» — их ведь немного. А если знаешь человека, знаешь и его фирменные штучки.
— Солидные организации, наверное, каждый раз обращаются к разным специалистам?
— Нет. Обычно в банках есть собственные отделы. Люди извне приглашаются в крайних случаях. Вот, например, в нашем с тобой любимом банке сидят ребята грамотные, но без фантазии. Я заглядывал туда несколько раз, они, конечно, не зря деньги получают, но ничего сверхъестественного не придумали. Со счетами, вероятно, пришлось бы повозиться, но все равно — работы на неделю.
— Да ты что?! Спорим, и за месяц не успеешь? — столько времени оставалось до дня рождения Флер.
— Нет уж, неделя так неделя. Что ставишь?
— Я приглашу тебя в Париж, и мы с тобой разопьем бутылку божоле из моей коллекции. Ты любишь вино?
— Я не большой знаток, но никогда не поздно им стать. Только прошу тебя, не пытайся снимать со счетов наличные напрямую, тебя засекут тут же. И дорогу мне, пожалуйста, оплати не из банковских денег. — Анджей, конечно, его уже раскусил… А может, он еще тогда, с этими документами «Пари кредит» понял, с кем имеет дело? Но отступать Мишелю было некуда. И потом, похоже, мальчишку все это не волновало.
Мари вышла из автобуса. Солнце уже не так палило. Автобус, развернувшись на асфальтовом пятачке, притормозил рядом с ней, и водитель помахал ей рукой. Через несколько минут автобус скрылся из вида.
