— Малфой, ты, видимо, еще не осознал глубину той задницы, в которой оказался, — спокойно ответил я и бросил на него ироничный взгляд. — Очень неразумно оскорблять того, кто спас тебя от похода в Запретный лес. Если ты и дальше намерен точить об меня зубы, я пошлю в воздух красные искры, и Хагрид вернется и заберет тебя с собой.
— Ты не посмеешь, — неуверенно возразил Малфой и сильно побледнел, — я тогда всем расскажу про яйцо.
— Чего ты расскажешь, если ничего не знаешь? — ухмыльнулся я и стал расставлять на столе кружки, убедившись, что они чистые. — Ну так как? Я жду извинений и элементарной вежливости.
— Малфои не извиняются и не благодарят, — гордо ответил пацан, что очень жалко смотрелось вкупе с глазищами, в которых плескался страх, и побелевшими костяшками пальцев, что вцепились в пыльную деревяшку.
— Тогда, думаю, тебе будет лучше развить эту мысль на свежем ночном воздухе, — усмехнулся я и распахнул дверь, — сам выйдешь, или вам помочь, ваша светлость?
Малфой с ужасом глянул в ночь, нервно сглотнул и еще больше вцепился в косяк. Тут еще со стороны леса послышался тоскливый вой, а над головой громко хлопнула крыльями птица.
— Закрой, закрой скорее, — панически зашептал он и, метнувшись ко мне, намертво вцепился в рукав. Но как только дверь захлопнулась, он тут же его выпустил и досадливо скривился.
— Предлагаю временное перемирие, Малфой, — я невозмутимо продолжил накрывать на стол, — садись, угощайся.
Он снова брезгливо огляделся, задержав взгляд на тушках фазанов, подвешенных на потолочном брусе, и присел на самый краешек табурета.
— Это что? — удивленно вытаращился он на моченые яблоки, одно из которых я с аппетитом ел. — Вы едите такое гнилье?
— Это моченые яблоки, идиот, — рассмеялся я, — и очень вкусные. Пожалуй, единственная съедобная вещь в этом доме, кроме меда, конечно. Давай, попробуй.
Малфой несмело потыкал в одно пальцем и с подозрением слизал сок, а потом уверенно взял яблоко и откусил.
— Недурно, — с неохотой ответил он, принимаясь за третье и незаметно отхлебывая чай.
— Слышь, Драко, а как ты узнал, что Поттер будет на башне ночью? — спросил я. — Следил?
— Вот еще, больно надо, — тут же скуксился он. — В библиотеке подслушал, понятно. Грейнджер просто громко разговаривала.
— Да что ты, в библиотеке? — поддел я. — Надо будет ей напомнить говорить потише, пока Пинс ее не выгнала. Значит, ты следил за ними? А что к декану не пошел или Филча не натравил, как обычно?
— И что? — неожиданно с вызовом ответил он и прищурил глаза. — Я хотел Поттера сам поймать, понял, чтобы его из школы выгнали. У меня тоже метла есть, но мне нельзя, а ему можно.
— Это ты зря, — посерьезнел я и отставил кружку. — Пойми, Поттера из школы никогда не выгонят, даже если он Астрономическую башню взорвет. Он национальный герой и сирота героев-родителей. Вот сегодня, думаешь, что было бы? Зашли бы мы все в лес, но не всей же толпой ходить и шум создавать. Хагрид бы нас по-братски разделил. Поттера себе, потому что героя страховать нужно, а нас с тобой отдельно. Хотя нам бы еще псину свою дал, только от нее проку нет — любой шорох, и она быстрее нас в кусты ринется.
— Не может быть, — сглотнув, ответил Малфой.
— Может, Драко, может, — покивал и грустно усмехнулся. — Я Хагрида знаю и давно понял, что рядом с Гарри опасно. Если прижмет, из нас двоих его спасут, а не меня, и уж тем более не тебя. Ты, конечно, парень особенный, но только для своей семьи, а у Уизли детей полно, так что одним больше, одним меньше…
— И ты все равно с ним дружишь? — по-настоящему удивился Малфой.
— А почему бы и нет? — пожал плечами я. — Он нормальный пацан, а я в его приключения не лезу, сам же сегодня видел. Я к чему этот разговор завел, Драко, — посерьезнел я. — Ты не следи за Поттером больше, понял, если не хочешь голову сложить. Не лезь к нему, иначе это плохо закончится. Будь слизеринцем, в конце концов, а то ведешь себя, как настоящий гриффиндорец. Мне иногда кажется, что вы с Поттером одинаковые.
— Вот еще, — надулся Драко, смущенно покатал на столе каменный кекс и спрятал взгляд в своей кружке.
Какое-то время мы молча пили. В полумраке домик Хагрида смотрелся довольно уютно, словно сказочная избушка.
— Уизли, — неожиданно спросил Малфой, — а что там за история с яйцом?
Было заметно, что ему очень любопытно, и он долго терпел, не желая спрашивать, но не выдержал. Вот какой из него слизеринец?
— А, ничего особенного, умора одна, — невозмутимо ответил я. — Хагрид напился и почти все жалование в кости проиграл. А те парни, чтобы он не озверел и шум не создавал, дали ему разок отыграться. Только вместо денег он якобы драконье яйцо выиграл. Ну, конечно, обрадовался и домой его припер. Неделю в огне грел и ничего, а потом в библиотеку за книгой о драконах пошел, там мы его и засекли.
— А яйцо? — не скрывая ужаса пополам с восторгом спросил Малфой.
— А что яйцо? — усмехнулся я. — Там и не яйцо было, а камень,на яйцо похожий — я-то настоящие у брата в заповеднике видел и отличить могу. Да и сам подумай, кто Хагриду настоящее даст?
— И что? — нетерпеливо поторопил Драко.
