Итен покраснел до корней волос и поторопился исчезнуть, а я довольно потянулась, как кошка, достала из сумки юбку, кофту и снова удалилась в уборную. Уже там высушила заклинанием волосы, переоделась в чистое, а в комнате ждал завтрак и довольный князь Велеславий. Он прямо-таки лучился счастьем.
— У тебя случилось что-то хорошее? — спросила я, присаживаясь за стол и составляя компанию Ромашке.
— Да, — кивнул Слав, немного отодвигаясь от злой и страшной меня. — Я все-таки еду с вами в столицу, и из моих сестриц сопровождать меня будет только одна. Не теряю надежды выдать ее замуж.
— Действительно неплохая новость, — согласилась с ним. — А как поедем? Верхом?
— Ага, — «порадовал» князь. Я надеялась на карету или какой-никакой экипаж. Но лучшее — враг хорошего, да? Одна из любимых пословиц моего отца.
— Ты не рада? — сразу заметил Слав.
— Не очень люблю верховую езду.
На самом деле верховую езду я любила, но только на небольшие расстояния, а не через все княжество до соседнего и там уже до столицы. Это сколько же дней пути? Пять, не меньше. С другой стороны, пешком бы топали недели две-три. Так что хватит жаловаться, Марьяна. Радуйся, что побережешь ноги.
— Экипаж нас сильно замедлит, — огорчился Слав. — Но если…
— Не надо, — замахала я руками. — Поеду, на чем есть. Правда, Ромашка?
Ромаш задумчиво кивнул, кромсая ножом и вилкой пышный омлет с кусочками колбаски. Когда речь шла о еде, мой друг становился излишне задумчивым и сосредоточенным.
— Выезжаем через полчаса, — порадовал Слав и умчался собираться. Хотя за него и так прислуга все соберет.
— Он всегда такой шумный? — спросила я.
— Когда вдали от девушек — да, — кивнул Ромашка. — Кстати, ты заметила? Он перестал воспринимать тебя как девушку, не в обиду будет сказано.
— И как кого он теперь меня воспринимает? — поинтересовалась я у «цветочка».
— Как друга. Ладно, давай завтракать быстрее, а то до вечера небось останемся голодными.
В словах Ромашки был резон, поэтому я зажевала быстрее. И правильно сделала, потому что Златовласка ждать не желал. Он появился раньше положенного срока, грозно зыркнул на нас и приказал следовать за ним. Так и подмывало спросить, не болит ли головушка, но я решила не наносить несчастному еще одну травму, на этот раз психологическую, и промолчала.
Снаружи нас порадовала прекрасная погода. Ночью, видимо, прошел дождь, и цветы благоухали как никогда. Теперь я была даже рада возможности проехаться в седле. Еще и лошадку мне выдали красивую, серую в яблоках, озорную. Ромашке подвели пегого коня, а у Слава конь был, как и у Златовласки, белым. Вот только Итен зацепился волосами за седло и едва не свалился с бедного животного раньше, чем на него забрался.
— Помочь? — спросила я, указывая на шевелюру.
— Да иди ты, ведьма! — вызверился он.
Ах ведьма? Я надулась, забралась на лошадку по имени Звездочка и больше не оглядывалась на негодяя. А еще несколько минут спустя мы двинулись в путь.
Кроме Златовласки, нас сопровождало еще шестеро стражников. Все рослые, могучие. Дубы, а не люди. Я поглядывала на них и чувствовала себя за каменной стеной. Интересно, неужели Итен так боялся нас с Ромашкой? Или эти воины сопровождают Слава? Что тоже возможно, он ведь князь. Или его сестрицу, закутанную в накидку так, что не видно лица? Как бы там ни было, дорога проходила приятно, но скучно. После пары часов пути я начала привычно напевать, но на меня так покосились, будто совершила преступление. Пришлось закрыть рот.
— А я другую песню люблю, — неожиданно подал голос Слав. — О любви Дитриха и Хранигунды.
— Не слышала такую песенку. — Я польстилась на иноземные имена.
— Ну как же?
И Слав тихонько запел:
— Слав, прекрати немедленно! — рявкнула его сестрица, демонстрируя богатырский голос, и Велеславий замолчал на полуслове.
— Зачем вы помешали? — Я обернулась к княжне. — Интересно ведь, завоевал Дитрих Хранигунду или нет.
— Более похабной песни не слышала.
Вот мерзкая девица. Новая цель, на которую можно наслать чесотку. Или клопов. Вот клопы лучше подойдут, но не сейчас. На привале.
— Так что там с Хранигундой? — шепотом спросила я у Слава.
— Дитрих завоевал ее земли, — улыбнулся тот, — и влюбился в прекрасную воительницу. Три месяца за ней ухаживал, дорвался до близости, а там…
— А там? — Я уставилась на него.
— Пояс верности, — вместо друга ответил Ромашка. — И пришлось Дитриху подбирать ключ, там песня воистину бесконечная. А когда подобрал, новые проблемы возникли, о которых юной деве вроде тебя знать необязательно. Я удивлен, что Славу такие песенки известны.
— Итен научил, — еще тише сказал он.
Я покосилась на Златовласку. Хм… Оказывается, у моего друга есть неизведанные таланты. Например, любовь к народному фольклору. Может, как-нибудь споет?
