Она не сразу поняла, что дышать стало легче, – просто вдруг увидела, что не стоит в центре палаты в объятиях упыря, а сидит на краю своей койки. Павля аккуратно усадил ее, сделал несколько шагов в сторону с самым невинным видом и поинтересовался:
– Ну? Что там у вас?
Медленно, словно преодолевая сопротивление, Саша обернулась к двери: в коридоре стоял кто-то из сотрудников в белом халате.
– Шнайдер, – услышала она, – взял твоего мастера только что.
Упырь даже присвистнул. От недавнего соблазна в нем не осталось и следа: он сделался цепким, решительным, готовым сражаться.
– Ого, – пробормотал Павля и посмотрел на Сашу так, словно она должна была броситься в бой вместе с ним. Она одарила его ледяным торжествующим взглядом, и он растерянно произнес: – Вот это да, братец. Вот это номер.
– Ты уверена, что это именно он? – спросил Денис, въезжая в дворик на окраине.
Зоя усмехнулась.
– Разумеется.
– Не какой-то другой некромант?
– Нет. Некроманты не воскрешают животных, это для них изначально неживая материя. А этот воскресил. Пожалел. Значит, у него не все в порядке с головой, а ты знаешь еще одного такого некроманта?
Денис не знал.
Это место словно существовало вне времени. Двухэтажный кирпичный дом, построенный еще до первой русской революции, утопал в кустах жасмина. Возле подъезда на кривенькой лавчонке сидели старухи – обменивались сплетнями, покрикивали на чумазых детей, которые возились в пыли с какими-то немудреными играми. Мужичок в спортивных штанах и футболке пытался что-то починить под капотом битой «девятки», кошка взирала на мир прищуренными золотыми глазами, лениво развалившись на разбитом асфальте, и Зоя кивнула в ее сторону.
– Видишь? Та самая кошка.
Кошка была самой обыкновенной – маленькая трехцветка с пушистым хвостом и истинно кошачьим презрением к двуногим рабам. Необыкновенным было то, что ее утром разорвали собаки – а потом оживил человек.
Видео этого оживления Зоя совершенно случайно нашла в социальной сети – а найдя, поняла, кто именно за этим стоит. Выйдя за ней из автомобиля, Денис скользнул взглядом по дому: да, здесь можно прятаться от всего мира, никто даже и не подумает искать в таком месте. Из-под тонкого аромата жасмина проступали запахи сырости и гнили, дом равнодушно смотрел на гостей, в отличие от старух, и Денис услышал:
– Молоденький совсем, а весь седой.
Денис присмотрелся к старухам внимательнее, и на мгновение их мирный облик приподнялся, словно завеса, открывая настоящие лица – иссушенные, мертвые с тех пор, как города с давно забытыми именами погрузились на дно океана. Старухи поняли, что Денис узнал их. Сухие лица дрогнули, выпуская улыбки: его здесь тоже узнали и приняли. Позволили войти и задать вопросы тем, кто прядет нити судьбы.
Зоя, на свое счастье, ничего не поняла. Денис знал: тот, кто увидит настоящие лица прях, когда не будет к этому готов, умрет, утратив рассудок и выцарапывая глаза.
– Здравствуйте, – сказал Денис со всей вежливостью, на которую был способен. – Игорь дома?
– И вам не хворать, – откликнулась одна из старух, тощая и высокая. Светлая кофта и юбка в горох на ней почти истлели, и Денис обрадовался, что Зоя этого не видит. Перед ней были обычные пожилые женщины – пусть не очень опрятные, но все-таки обычные, нормальные. – Дома, где ж ему быть?
Вторая старуха, приземистая и пухлая, обернулась на окна второго этажа и сказала:
– Пятая квартира. Тамара Дмитриевна ему как раз перед Клепальной субботой сдала.
Из дыры на ее щеке быстро выглянуло что-то гибкое, черное, усеянное серебряными пуговками глаз, и нырнуло назад. Третья старуха не сказала ничего, но Денис знал, что она неразговорчива.
Где еще некроманту найти убежище, как не рядом с теми, кто умер так давно, что забыл о своей смерти?
Они с Зоей вошли в подъезд, пропахший кошками, подсолнечным маслом и гнилью, и Денис увидел, как в стене рядом с почтовыми ящиками что-то проползло: вспучилась краска, полетели лохмотья побелки, надпись «Рома лох» поднялась и осела на место. Он вспомнил ролик, который показывала Зоя: девушка целовала кошку, рассказывая о том, как Игорь ее собрал почти из клочков. Странно, что ролик еще не стал вирусным, а на Игоря не рухнула всемирная слава.
Зоя и наткнулась-то на него совершенно случайно. Вскоре ролик был удален, словно девушка, которая его выложила, поняла, что может привлечь к себе ненужное внимание комитета магической безопасности.
– Как-то тут… – Зоя замялась, подбирая слова, и Денис почувствовал, что ей не по себе. – Мерзко.
Он кивнул, соглашаясь. Да, мерзко. Как раз то самое слово.
Они поднялись на второй этаж, осторожно обойдя лужу мочи на ступеньках. С улицы послышалось стуканье мяча и детские визги; старушечий голос что-то сурово пробормотал, призывая малышню к порядку, – прошлое наблюдало за будущим.
Денис постучал в старую деревянную дверь. Голос телевизора за ней сразу же умолк, и вскоре он услышал осторожное:
– Кто там?
