– Кирилл Петрович? – уточнила Саша и заговорила торопливо и сбивчиво: – Они уже поняли, что меня похитили. Решат, что это мог сделать только ты. Нас всех будут искать. Денис, что нам делать?
Денис покосился на нее. Все это время Саша была напугана до смерти, сейчас этот страх наконец-то оставил ее в покое, и она растерянна, словно ребенок, потому что боится, что страх вернется.
Зоя молчала – напряженно ждала, что ответит Денис, и почему-то эта тишина придала ему сил.
– Зоя, у вас ведь была конспиративная квартира в Щекино? – уточнил он.
– Была, – откликнулась Зоя. – Но я туда полгода не заглядывала.
– Вот и отлично.
Дорога наконец-то вывела их к шоссе, и Денис машинально отметил, что утро давно превратилось в день. Половина третьего.
– Сейчас я вас высажу, поедете туда.
Некоторое время Зоя смотрела на Дениса так, словно прикидывала, насколько сильно он сошел с ума и что с этим теперь можно сделать. Он остановился возле металлического каркаса автобусной остановки и объяснил:
– Искать будут меня и Сашу, а не вас. Ну, то есть Игорь им тоже нужен, но им они займутся позже. К тому же я уверен, что эти монеты – маячки и Арепьев обязательно оставил завещание: «В случае моей смерти искать убийцу по золоту из Гур-Эмира».
По счастью, Зоя решила с ним не спорить, но, открыв дверь, все-таки сказала:
– Будь осторожен, ладно?
Денис кивнул. Когда Зоя и Игорь сели на лавочку в ожидании автобуса и некромант замахал рукой, прощаясь, то Саша едва слышно проговорила:
– Ты с ними справишься? Точно справишься?
– Точно, – кивнул Денис. – Я очень хочу узнать, кто же все-таки носит эту маску.
Во дворе было полно народу, как и всегда в теплый летний день.
Денис припарковался на привычном месте. Ребятня колотила по мячу, никто даже не глянул в его сторону. Он знал, что этим мальчишкам советовали родители: не смотрите на него, делайте вид, что его нет, и тогда он не тронет. Денис невольно вспомнил, как мальчик, который сейчас стоял в импровизированных футбольных воротах из двух помятых коробок, однажды отважился поджечь листовки в почтовом ящике Дениса и близко познакомился с отцовским ремнем.
Из одного окна долетало ток-шоу: ведущий советовал беречь себя и своих близких, и Денис был с ним полностью согласен. Саша посмотрела на него с прежней испуганной надеждой, но ничего не сказала. Выйдя из машины, он подумал, что приведет ее в свой дом и создаст там ту сказочную башню, о которой подумал в гостиной Арепьева.
Чтобы ни одна гадина больше не потянула к ней руки. Ни одна, никогда. Хватит. Он оставит свое – себе.
В подъезде им никто не встретился. Денис скользнул по нему заклинанием, охватив все от чердака с воркующими голубями до корней подвала: ничего. Чисто. То ли Кирилл Петрович и его большие хозяева пока не сообразили, кто именно забрал Сашу Ромашову, то ли еще не успели подготовить ловушку.
«Хорошо, что я живу в обычном доме, – подумал Денис. Заглянул в почтовый ящик: ничего, кроме разноцветных рекламок интернет-провайдеров и суши-баров. Заказать, что ли, суши для своей гостьи? – Никто в здравом уме не начнет штурм там, где есть живой щит. Конечно, я не буду использовать людей, чтобы защититься, но вот Кирилл Петрович и ему подобные считают иначе. Значит, ко мне запустят кого-то одного, самого безобидного, того, кого я не воспринимаю всерьез. Безобидного и очень опасного».
Саша бесшумно поднималась за ним. В подъезде, как обычно, пахло кошками и какой-то отвратительной стряпней. Денис проверил дверь – за время его отсутствия к ней даже не приближались. Соседи привычно обходили его квартиру по дуге, вот и замечательно. Меньше лезешь туда, куда не приглашали, – крепче спишь и дольше проживешь.
Когда Саша вошла за ним в квартиру, Денис закрыл дверь на все замки и заклинания, а потом обнял девушку, прижал к себе, повторяя: «Мое. Мое. Никому и никогда». От Саши веяло страхом и травой, пропитанной солнечным светом; она всхлипнула, обняла его и едва слышно призналась:
– Я так испугалась…
– Представляю, – откликнулся Денис. – Все хорошо, Саш. Все уже хорошо. Все кончилось.
Конечно, ничего еще не кончилось: Кирилл Петрович, хозяин упырей и заказчик убийства Семенихина, не потерпит того, что его ограбили. Тем более этого не потерпит Селин, а значит, к Денису обязательно явятся, и это будет уже сегодня.
Но пока еще никто не пришел, пока они с Сашей могли застыть в этой тишине безвременья, в этой паузе. Замереть и позволить себе стать счастливыми – пусть ненадолго, но все же.
– Он сказал, что я должна пройти через реку Смородину, – прошептала Саша, этот шепот отдавался в ушах Дениса словно набат. – Эти монетки как раз для того, чтобы я заплатила за переход.
Денис ощутил прикосновение злости: она прошла прохладным сентябрьским ветром по его голове. Ничего не изменилось, Саша по-прежнему хотела вернуться домой. Она думала о родном мире, о друзьях, о матери – о чем угодно, и Денис, который искал ее, не попадал в этот список.
