Родоначальником несторианской ереси явился Несторий, рыжий, голубоглазый сорокалетний архимандрит, уроженец сирийской Германикии. Это был ученик знаменитого сирийского богослова Феодорита Кирского, представитель очень активной богословской Антиохийской школы. Человек нравственный, высокообразованный, прекрасный проповедник и одаренный теолог, он заимел связи с высшими государственными чиновниками и даже с ближайшим финансовым советником самого императора Феодосия II,влиятельным евнухом Хрисанфием, по протекции которого в 428 г. получил титул Патриарха Константинополя. Едва вступив на кафедру, Несторий ополчился против ариан и других еретиков. Новый глава Константинопольской Церкви заявил богобоязненному императору: «Дай мне страну, которая очищена от всех еретиков, а я дам тебе небо взамен». Однако сам он в своих аналитических рассуждениях пришел к мысли, что Иисус не более чем человек, ставший мессией — помазанником Божьим в силу сошествия на него Святого Духа и только после смерти получил божественную сущность (природу). В своих проповедях он убеждал: «Мария, друг мой, не рождала Божества, ибо „рожденное от плоти есть плоть“ (Ин. 3:6). Творение не могло произвести на свет Того, Кто не сотворен. И в последние дни Отец не породил Бога Слова от Девы… Скорее, Он сформировал из Девы храм для Бога Слова, храм в котором Он обитал». Отсюда следовало, что Пресвятую Деву, мать Иисуса Христа, почитание которой все более и более росло, надо называть не Теотокос — Богородицей (Бога родившей), как утверждала народная традиция, а антропотокос — человекородицей или, в лучшем случае, Христородицей. Это сразу вызвало бурю негодования ортодоксов. Особенно непримиримую позицию занял «египтянин» — волевой Патриарх Кирилл Александрийский (412–444 гг.), опытнейший теолог и церковный политик, который в союзе с папскими легатами все же одержал победу. На Третьем Вселенском соборе, заседавшем на родине Девы Марии, причем в храме ее имени, в крупном западномалоазийском городе Эфесе в 431 г. несторианство должно было подвергнуться осуждению, хотя на деле представители противоположных сторон так и не встретились для обсуждения вопросов, и члены Собора рассеялись, не придя к общему решению. Лишь через два года, когда Несторий, не выдержав напряжения борьбы, сам отрекся от патриаршего трона и был отправлен в изгнание в свой монастырь под Антиохией, было достигнуто соглашение между антиохийцами и александрийцами. Еще через четыре года он, по приказу Феодосия II и по наущению честолюбивой сестры императора, Пульхерии, не простившей Несторию запрет на причащение ее по императорскому чину в алтаре, был изгнан в Большой оазис в Ливийской пустыне. Так, пребывая в ссылке по разным местам, он умер около 451 г., написав по-сирийски последнее свое сочинение — знаменитую «Книгу Ираклиида». Его последователи, лишившись лидер и, главное, подогреваемые недовольством к догматическим решениями Халкидонского Вселенского собора 451 г. попытавшегося окончательно утвердить ортодоксальный Символ Веры, были вынуждены бежать в Персию, чьи правители стали относится к ним терпимо, ибо видели в них врагов официальной Церкви Константинополя. В результате в течение многих веков на Востоке, в Сирии, Месопотамии, армянских землях и за пределами Ромейского царства можно было встретить многочисленные секты несториан.
